Карта сайта RSS Facebook Twitter Youtube Instagram VKontakte Odnoklassniki

Выступление заместителя начальника Генерального штаба Вооруженных Сил Российской Федерации, генерал-полковника Александра Постникова в передаче «Военный совет» на радиостанции «Эхо Москвы»

Аудиоверсия программы

А. ЕРМОЛИН: Добрый день всем, кто нас слушает, в эфире очередной выпуск программы «Военный совет». Кто нас смотрит сейчас по сетевизору, прошу не удивляться. У нас два новшества, два ноу-хау, Сергея Бунтмана сегодня нет, сегодня в студии один ведущий — это я. И я сегодня в спецназовской военной форме не потому, что у нас сегодня такой высокий гость, а потому, что после эфира я провожу «Зарницу» со школьниками. А в гостях у нас сегодня Александр Николаевич Постников, заместитель начальника генерального штаба вооруженных сил РФ, генерал-полковник. Здравствуйте, Александр Николаевич.

А. ПОСТНИКОВ: Добрый день.

А. ЕРМОЛИН: Александр Николаевич, вы не первый раз уже в нашей студии, и сегодня мы говорим в основном о проблемах международного военного сотрудничества в целом, ну и в частности про взаимоотношения Россия-НАТО. Вот вы только вернулись с заседания совета Россия-НАТО. Какие вопросы там обсуждались?

А. ПОСТНИКОВ: Да, действительно 14 мая в Брюсселе состоялось заседание совета Россия-НАТО, в ходе которого обсуждались вопросы, интересующие обе стороны. И в первую очередь те, которые могут быть основой для дальнейшего развития наших взаимоотношений, сотрудничества и повышения уровня взаимодействия между нами. Кроме того, в ходе этого заседания, была проведена презентация международным военным штабом альянса, замысла учений, передовых сил задействования… Первоочередных сил задействования объединенных вооруженных сил НАТО (неразборчиво). И я хочу сказать, в ходе вот этих обсуждений, как раз были наши намерения едины, мы все хотели добиться того, чтобы в будущем наше сотрудничество… Вопросы, решаемые в ходе сотрудничества расширялись, и решались качественно.

А. ЕРМОЛИН: А насколько вообще вот эта тема наших отношений с блоком НАТО актуальна?

А. ПОСТНИКОВ: Ну, мы считаем эту тему достаточно актуально, и деятельность Министерства обороны этому вопросу уделяется достаточно внимания. Не смотря на то, что мы в целом, военное сотрудничество с НАТО оцениваем как соответствующее уровню взаимодействие по всем направлениям, тем не менее, стараемся больше внимания уделять не количеству, а качеству проведенных мероприятий. И прекрасно понимаем, что не смотря на то, что по многим вопросам, по многим проблемам у нас различные точки зрения, все-таки считаем, что в ходе обсуждения каждой проблемы, в ходе выработки направлений для дальнейшего развития наших взаимоотношений, мы ситуацию улучшаем, и это носит обоюдный интерес и характер.

А. ЕРМОЛИН: Ну, вот не секрет, что… Ну, мы очень внимательно следим друг за другом, мы за НАТО, НАТО за нашими вооруженными силами. И, в общем-то, после перестройки начались такие серьезные процессы реорганизации в том числе и в блоке НАТО. И я вот 2 недели в свое время учился в Брюсселе, как раз вот по программе Госдумы. И на меня такое произвело серьезное впечатление, как они очень сильно сократились вооруженные силы, и практически превратились в такой закованный в бетон, железо оборонительных структур, очень быстро превратились в такой мировой мобильный спецназ. Вы как оцениваете вот сами вообще, удалось им реформировать НАТО? Вот поменялась ли эта структура еще со времен холодной войны? И правильно она поменялась? И может ли это для нас быть в том числе неким ориентиром?

А. ПОСТНИКОВ: Ну, я бы не спешил давать оценки тому, насколько изменения, которые естественно за эти годы произошли и в структуре НАТО и в решении тез задач, которые определяются последние году, способах решения этих задач, естественно эти изменения произошли. Мы их учитываем, мы на них адекватно реагируем, но и я в очередной раз хотел бы почерпнуть, что не все нас устраивает. И прежде всего, что многие страны, в том числе входящие в состав вооруженных сил НАТО, пытаются многие международные проблемы между собой решать силовым методом. Вот это нас никогда не устраивало, и естественно не устроит.

А. ЕРМОЛИН: Но это получается так, когда скажем силовая политика за пределами Соединенных Штатов, или там стран блока НАТО, да? Нам оказывается выгодной. Ну, взять например Афганистан. Шел ли разговор об Афганистане, о каком-либо информационном обмене, и вообще, как вы оцениваете ситуацию, когда вот хотим или не хотим, но контингент НАТО является очень серьезным буфером с той стороны, который пока прикрывает наши границы.

А. ПОСТНИКОВ: Да, в ходе заседания совета Россия-НАТО прозвучал отчет в ходе операции международных сил содействия о безопасности. О том, какие проблемы в ходе проведения операции на настоящей день имеются. Ну и в общих чертах определены направления оказания помощи национальным силам безопасности Афганистана. Для того чтобы после вывода международных сил с 2014 года все-таки стабильность и в самом Афганистане, и в регионе было обеспечено. Мы считаем, что не смотря на вот эти превентивные меры, все-таки после вывода из национальных сил, ситуация может измениться, могут возникнуть проблемы, в том числе военного характера. И если учитывать тот опыт, который мы к сожалению имеем сегодня, речь о том, что события на Ближнем Востоке, на Севере Африки активизировали деятельность радикальных исламистских группировок и других регионов, мы предполагаем, что подобные угрозы могут возникнуть и у границ РФ. И мы не можем на это спокойно реагировать. Поэтому и на заседании совета Россия-НАТО, в том числе мы предлагали нашим коллегам по НАТО в ходе международной конференции по европейской безопасности, которая будет проводиться 23-24 мая в Москве, все-таки вернуться к обсуждению этих угроз. Мы готовы поделиться опытом вывода советских войск с Афганистана, и обеспечения безопасности при этом и для наших войск, и для мирного населения. Опытом наших действий в постконфликтный период. Мы предложили провести семинары на уровне экспертных групп, и в том числе в ходе конференции вот этими выводами, этим анализом поделиться. Но и рассчитываем на то, что наши коллеги таким же образом нам расскажут в откровенной беседе о том, какие политические, дипломатические, в том числе и военные меры принимаются сейчас для того, чтобы все-таки безопасность и мирного населения, и самих сил альянса была обеспечена на этапе вывода и в последующем. Поэтому я считаю, что вот в ходе вот этих дискуссий, в ходе этого открытого обсуждения, мы как раз и сможем ответить на многие вопросы, которые стоят у каждой стороны. Ну и самое главное все-таки добиться большей транспорентности, большего взаимопонимания, но и доверия друг к другу.

А. ЕРМОЛИН: А коллеги из НАТО, они каким-то образом оценивали свою собственную успешность, эффективность в Афганистане? Может уже какие-то давали… Вот я почему спрашиваю — потому, что до сих пор продолжаю читать и художественную литературу там про разные регионы, где американцы действуют там и в Афганистане, и в Ираке, вот книга «Хорошие солдаты» (неразборчиво). Такое ощущение, что вот абсолютно то же самое. Вот когда сами мы были в Афганистане, вот один к одному, вот страхи, там если… Ну, вот там главные герои — это вот журналисты, которые прямо в боевых порядках скажем так, действуют вместе с солдатами. И такое ощущение, что все мы регулярно наступаем на одни и те же грабли. Вот на грабли партизанской войны, на неготовность, на… Ну, как бы отвечать новым угрозам. Вы был какой-то такой анализ практических действий, да? Вот они сами использовали в свое время терминологию там, что перемещение вакуума, что куда… Вот что по сути дела воинские подразделения, они не способны бороться с такими точечными уколами, атаками, на которые способны небольшие диверсионные группы.

А. ПОСТНИКОВ: Ну, в ходе этого заседания вопросы, связанные с действием талибов, с изменением форм и способов действия сил альянса не обсуждались, но тем не менее о проблемах тех, о которых вы сейчас говорили, конечно речь шла. И мы прекрасно понимаем, что в любом случае и нам опыт борьбы с вооруженными формированиями альянса очень интересен. Мы так же при наличии возможности будем с ним ознакамливаться, изучать. Но если такая необходимость появится — и использовать. Так же как мы предлагаем аналогичный опыт наших советских вооруженных сил использовать представителем альянса.

А. ЕРМОЛИН: А вот такая тема, как частные военные компании, и их действия вот в таких зонах конфликта. Ну не секрет, что сейчас многие государства якобы уходит их какого-то конфликтующего региона. Там да, там нет официальных солдат, нет подразделений, но есть частники, есть частные компании, которые собственно… Ну, как в мое время говорились нелегальные в позициях, да? Проводят ту же самую политику. И понятно, что они действуют там не сами по себе, они только формально остаются частными военными компаниями, они действуют по заказу государства. Вот что-нибудь именно про (неразборчиво) обсуждалось?

А. ПОСТНИКОВ: Нет, деятельность частных военных компаний не обсуждалась, хотя мы анализируем эту деятельность, и можем во всяком случае сделать вывод о том, что эта деятельность не однозначная, и к частным военным компаниям нужно относиться очень осторожно потому, что наряду с теми положительными моментами в их деятельности, так касающихся обеспечения тех или иных нужд вооруженных сил, есть ещё очень негативных. И мы хотели бы, чтобы это было учтено в том случае, если у нас в вооруженных силах РФ, в РФ по тому направлению деятельности такая необходимость появилась, мы должны этот опыт учесть. Пока оценка их деятельности у нас не однозначная.

А. ЕРМОЛИН: Наш слушатель постоянный Айрат возвращает нас к теме нашей сегодняшней встречи. А вообще как проходило обсуждение вот реалий, перспектив военного сотрудничества Россия-НАТО, вот какие были вопросы вынесены на заседание, и вот первый вопрос — вопрос от Айрата. А что для вас НАТО? Угроза или партнер?

А. ПОСТНИКОВ: Ну, естественно в первую очередь мы воспринимаем НАТО как партнер. И стремимся к тому, чтобы наши интересы по обеспечению безопасности и глобальной и региональной, все-таки совпадали. Вот это главное. Но то, что у нас эти отношения ещё не однозначные, мы не скрываем, и это касается целого ряда вопросов, связанных и с различными подходами построению архитектуры европейской безопасности, и к мерам доверия, и к мерам контроля за вооружениями. Конечно они у нас не все совпадают, но мы как раз и хотим использовать площадку нашей международной конференции в Москве, чтобы вот эти противоречия. Вот эти расхождения во взглядах-подходах несколько сгладить. Поэтому мы оценили как положительное направление в нашей деятельности совместной с НАТО прежде всего в вопросах, касающихся поиска и спасания на воде, антитеррористической деятельности, борьбе с пиратством, и особенно в Адлерском заливе. Мы считаем, что есть определенные положительные результаты в вопросах взаимодействия по тыловому обеспечению, в том числе по совместимости топлива. По медицинскому обеспечению, ну и считаем, что эти направления нашей совместной деятельности, можно и в дальнейшем развивать и изыскивать новые. И у нас такие возможности есть. Вот в частности мы обратились к коллегам по НАТО, чтобы был ускорен вопрос о оформлении процедуры совместного участия, ускорения я имею в виду всех этих оформительских мероприятий по обеспечению уничтожения излишествующих… Совместного уничтожения излишествующих боеприпасов в Ленинградской области РФ. У нас есть взаимный к этому интерес, уже определенная подготовительная работа проведена, и мы как раз обратились к коллегам по НАТО, чтобы все эти процедурные вопросы решались как можно быстрей, и мы к этой работе могли приступить. Мы достаточно открыто довели объемы вот этих боеприпасов, которые необходимо уничтожить, старых боеприпасов. Возможности, в том числе технологической возможности наших промышленных предприятий. Мы надеемся на то, что к этой работе, совместной работе мы уже приступим в достаточно короткие сроки.

А. ЕРМОЛИН: А вы рассчитываете в плане вот этого взаимодействия на какие-то технологические решения. То есть, какая собственно роль будет самих НАТОвцев в уничтожении? Или вы говорите про уничтожение их излишних боеприпасов?

А. ПОСТНИКОВ: Нет, мы говорим обо всех излишествующих боеприпасах устаревших, которые не возможно использовать по своему предназначению, и в данном случае естественно в том числе учитываем и их технологические возможности по совместному уничтожению.

А. ЕРМОЛИН: Я эту тему изучал уже и как журналист, и там вопрос очень сложный потому, что зачастую настолько старые боеприпасы у нас хранятся ещё с первой мировой войны, что просто подвинуть их с места на место, уже представляет очень серьезную угрозу. И собственно вот у НАТОвцев есть какое-то отличное от нашего решение. Да? по утилизации таких боеприпасов?

А. ПОСТНИКОВ: Ну это очень специальный вопрос. Я сейчас не могу вот в этой аудитории его обсуждать, но мы все-таки хотели учесть их опыт по уничтожению боеприпасов. Во всяком случае задействовать их промышленные технологические возможности. Потому, что действительно боеприпасы старые, различной номенклатуры. А для этого необходимы специальные технологии и этот опыт, который уже есть у наших коллег, мы бы с удовольствием использовали в своих целях.

А. ЕРМОЛИН: А каким-либо образом, может быть там в кулуарах, может были какие-то консультации, обсуждался ли круг проблем вот по противоракетной обороне? Потому, что сейчас в последнее время очень многие говорят о новых инициативах американских, и про… Об интервью Хейгла, вот есть какие-то соображения по поводу того, как на это реагировать? И вообще, как мы относимся к тому, что сказал Хейг?

А. ПОСТНИКОВ: Да, в ходе заседания совета Россия-НАТО российской стороной был как раз поднят вопрос о том, что мы пока неоднозначно отреагировали на заявление министра обороны США Чака Хейгла о том, что внесены корректировки в планы создания глобальной противоракетной обороны, и в том числе в Европе. Прежде всего потому, что мы ещё в полной мере не провели анализ этих корректировок. Но пока по предварительной оценке оснований для снижения угроз безопасности РФ, а угроза средством ядерного сдерживания — это как раз угроза безопасности РФ. Мы не увидели, так же как и не восприняли вот эту корректировку планов создания ПРО в Европе, как шаг навстречу РФ и реакцию на те предложения, которые были озвучены со стороны РФ. Поэтому мы просто видим то, что причиной этой корректировки планов являются некоторые технологические сбои, экономические проблемы. И речь идет не о изменении планов, а только о корректировки сроков, и не более того. Поэтому мы предложили нашим коллегам по НАТО в ходе дискуссии на московской международной конференции все-таки более открыто высказаться по этому поводу, в том числе в какой мере вот эти предложения по корректировке планов скажутся по их мнению на оценке… На состоянии безопасности в Европе, но судя по тому, что планы развертывания элементов противоракетной обороны в европейской зоне, в том числе морского базирования не уточнены, не изменены, мы воспринимаем это так, что угроза для безопасности РФ по-прежнему сохранена. И именно об этом буем говорить в ходе конференции.

А. ЕРМОЛИН: То есть, угрозы… И гарантии точнее вот которые… О которых шла речь в СМИ, они ещё до конца не расшифрованы, да? И вы готовы дальше обсуждать…

А. ПОСТНИКОВ: Да, юридических гарантий того, что эта система не направлена против РФ, мы естественно не имеем. Поэтому наша реакция соответствующая. Нам нужно ещё продолжать обсуждение этого вопроса, продолжать анализ, и все-таки услышать разъяснение наших коллег по НАТО, какие изменения и в какой мере могут эту ситуацию для нас упростить.

А. ЕРМОЛИН: У нас остается до перерыва уже совсем немного времени, и как раз пришло время поговорить уже о нашей международной конференции, которую мы ожидаем сейчас в Москве. Может быть… У нас есть 40 секунд, хотя бы обозначить цели, задачи, что вы ожидаете. И ожидаемые результаты от этой конференции?

А. ПОСТНИКОВ: Мы уже ссылались с вами в ходе общения на то, что в наших взаимоотношениях, в нашем сотрудничестве с НАТО все-таки есть ещё достаточно много тех тем, которые требуют дополнительного обсуждения. Это связано и с различными подходами, построению архитектуры европейской безопасности, это связано с тем, что пока мы не согласны с попыткой решения вопросов безопасности какой-то страны за счет безопасности других стран. Мы конечно с этим подходом никогда не сможем согласиться.

А. ЕРМОЛИН: Александр Николаевич, я сейчас прекращаю наш разговор временно, потому, что мы сейчас выходим на перерыв, и более подробно поговорим через несколько минут.

А. ПОСТНИКОВ: Хорошо. 

А. ЕРМОЛИН: Мы продолжаем заседание «Военного совета», у меня вот уже чувствуется очень много военнослужащих нас сегодня смотрят. И мне тут напоминают, что вы сами представьтесь пожалуйста, про меня. За 4 года проведения «Военного совета» это первый раз. Представляюсь, Анатолий Ермолин, ведущий «Военного совета». Александр Николаевич, к вам тоже есть вопрос… Я повторю, что у нас в гостях Александр Николаевич Постников, заместитель начальника Генерального штаба ВС РФ, генерал-полковник. Вопрос такой: «Какой круг обязанностей вашего гостя, какие управления Генштаба он курирует»? Народ хочет знать всё.

А. ПОСТНИКОВ: Я думаю, это специальный вопрос, и я на него могу ответить лично, если ко мне на прием наш слушатель подойдет. Это вопросы, касающиеся организации деятельности генерального штаба. Те, которые определены мне моим начальником, начальником генерального штаба, они касаются участия в строительстве и развития вооруженных сил, в том числе всех элементов систем управления. Они касаются подготовки войск, они касаются международной деятельности. Круг обязанностей достаточно большой. И я повторяю, если есть необходимость более детально, более подробно их разъяснить, я готов это сделать при личном общении.

***

А. ЕРМОЛИН: Спасибо. Ну, мы ушли на перерыв, как раз начав тему о международной конференции по европейской безопасности, которая будет вот уже на следующей неделе 23-24 мая. И начали говорить о целях, задачах. Вот вам слово.

А. ПОСТНИКОВ: Ну, я уже говорил о том, что не все в наших взаимоотношениях, в нашем сотрудничестве с коллегами из НАТО в полной мере урегулировано. Действительно есть ещё те вопросы, которые требуют дополнительного обсуждения, я на них уже ссылался. Это и вопросы построения архитектуры европейской безопасности. Потому, что мы прекрасно понимаем, что если прогресс в обеспечении безопасности в Европе будет достаточным — это принципиально, кардинально, и самое главное качественно скажутся на ситуации, которую мы имеем в настоящее время. И позволит консолидировать усилия для борьбы с современными угрозами и вызовами. Поэтому нам в этом нужно друг друга понять, услышать, ну и постараться выработать единые подходы. Есть очень много вопросов, я частично их коснулся, в том числе и нашего отношения предложенному варианту создания глобальной и европейской зон противоракетной обороны. Мы должны понять, каким образом нам нужно реагировать на эти предложения по несению изменений, по корректировке планов. У нас достаточно много вопросов, касающихся контроля за вооружением. Потому, что мы не понимаем, почему количество вооружений входящих в систему противоракетной обороны по предложениям наших коллег контролировать не надо, а вот количество обычного вооружения мы должны не просто контролировать, а механизм контроля модернизировать, улучшать, ужесточать. Это не совсем правильные, логичные подходы. Потому, что мы считаем, что любую систему вооружения нужно рассматривать, прежде всего, с точки зрения её влияния на другие системы. Её вклада в от, что мы называем потенциальным воздействием в ходе решения задач как сдерживания, так и в качестве инструмента агрессии. И мы считаем, что надо формировать так называемую матрицу безопасности, которая позволит все виды, все системы вооружения всесторонне оценивать, насколько это возможно прежде всего с точки зрения воздействия их как на безопасность, или обеспечение безопасности как одной стороны, так региональной и глобальной безопасности. И только в этом случае, когда мы поймем именно возможности этой системы, её потенциал в том или ином направлении для сдерживания или для агрессии, мы можем вообще поднимать вопрос об ограничении тех или иных видов вооружения. Вот в этом у нас ещё понимание полного не достигнуто. И мы хотели бы на площадке нашей конференции к этой теме вернуться. Ну и как я уже говорил, в ходе наших дискуссий на заседании совета Россия-НАТО мы предложили как раз круг обсуждаемых вопросов расширить настолько, насколько это необходимо. И мы готовы услышать предложения по дальнейшим направлениям нашего развития, сотрудничества, взаимодействия, и готовы на эти предложения откликнуться. Так вот исходя из того, о чем мы сейчас вели с вами речь, министром обороны и определены цели проведения этой международной конференции. Но прежде всего высказать мнение министерства обороны на все обсуждаемые вопросы. Объективная, конкретная и всем понятная, как нам хотелось бы. И во-вторых, дать возможность аналогично высказаться по любому самому сложному, самому… Ну, скажем так, недопонимаемому на сегодняшний день вопросу в наших взаимоотношениях, направлению в наших взаимоотношениях, и предложить, каким образом из этой ситуации можно выйти. Вот как раз в ходе конференции, такая возможность каждому будет предоставлена.

А. ЕРМОЛИН: Можно ли сказать, что это предложение… Ну, скажем так, к открытому диалогу, вот в том числе и от нового министра. То есть, можно ли это назвать какой-то такой вот серьезной веха, или по крайней мере для себя увидеть это серьезное веха и в отношении Россия — НАТО. Ну, хотя бы с точки зрения нового витка переговоров, и нового понимания.

А. ПОСТНИКОВ: Министр обороны очень активно участвует в этой работе, в полной мере настроен на положительный результат по итогу проведения нашей конференции. И все, что требуется от руководства Министерства обороны, и от него лично, для этого сделано. Мы надеемся. Что и в ходе дискуссий, в течение первого дня работы конференции и в последующем, когда мы участникам конференции предоставим возможность ознакомиться с жизнью, бытом наших военнослужащих, в одной их прославленных дивизий западного военного округа. Речь идет о второй мотострелковой таманской дивизии. И вот в ходе как раз этой работы я уверен, что многие существующие между нами проблемы будут сняты. И взаимопонимание, доверие вырастут, к чему мы и стремимся.

А. ЕРМОЛИН: А как вы формируете состав участников? Какой вот подход?

А. ПОСТНИКОВ: На международную конференцию приглашены высшее политическое руководство, и представители федеральных органов исполнительной власти РФ. Руководство ОДКБ, НАТО, зарубежные представители, в том числе министры обороны и государств, входящих в НАТО, Канады, стран, входящих в СНГ. И естественно мы пригласили представителей ОБСЕ, военных атташе, ну а так же мы по нашему приглашению должны принять участие представители экспертных центров, и мы надеемся политологических центров. Мы надеемся, они тоже несут свой вклад в нашу работу. В общей сложности приглашены около 200 участников из почти 30 стран. Поэтому мы надеемся, что вот это представительство позволит нам в полной мере достичь те цели, которые определены для проведения конференции. И в полной мере обсудить все вопросы, которые нас интересуют.

А. ЕРМОЛИН: Вот вдогонку к предыдущему вопросу Татьяна задает свой вопрос, но мне кажется, очень важный. Из всего, что вы сказали, какой самый недопонимаемый вопрос сейчас в отношениях Россия-НАТО?

А. ПОСТНИКОВ: Нас очень беспокоит вопрос создания глобальной европейской противоракетной обороны в соответствии с теми планами, с тем адаптивным подходом, который был предложен руководству НАТО.

А. ЕРМОЛИН: Понятно.

А. ПОСТНИКОВ: Хотя, это не единственный вопрос, но вот сегодня он самый обсуждаемый, мы хотели как раз вот в ходе конференции, прежде всего, вернуться к нему.

А. ЕРМОЛИН: Из среды воздушно-космической, есть предложение перейти к морской. Вы недавно поднимали тему, и было заявление о создании оперативной эскадры ВМФ России в Средиземном море. Вот что это за идея, какие цели вы преследуете?

А. ПОСТНИКОВ: Определяя направление развития наших отношений, сотрудничества, мы в том числе довели до коллег по НАТО, что решением военно-политического руководства в Средиземном море будет создана оперативная эскадра, предназначенная для обеспечения решения тех задач, которые возлагаются на нее по выполнению всех наших международных обязательств, в том числе и по военному сотрудничеству. Ну и естественно, мы воспринимаем эту эскадру как рычаг в руках руководства нашего государства, по обеспечению стабильности в этом регионе. Де-факто эта эскадра была создана ещё в конце прошлого года. В начале этого года в Средиземном море были проведены тактические учения, с объединенной группировкой сил нескольких флотов, в ходе которой как раз и решались те вопросы, которые направлены на обеспечение стабильности, безопасности в регионе. В том числе и мероприятия по борьбе с пиратством, по эвакуации в случае необходимости мирного населения из конфликтных зон, ну и если такая необходимость появится, в том числе взаимодействие с объединенными вооруженными силами, или военно-морскими силами НАТО, мы готовы решать и другие задачи в кризисных ситуациях. Мы к этому готовы, и эти предложения нами были озвучены на совете.

А. ЕРМОЛИН: А сейчас вот… Или до принятия решения о создании оперативной эскадры, вот на каком уровне было вот такое взаимодействие? То есть, это принципиально новый опыт, или какие-то боевые корабли уже участвовали в совместных походах может быть, или операциях?

А. ПОСТНИКОВ: Ну, наши военные корабли, в том числе и Черноморского флота, в акватории Средиземного моря выполняют свои учебные задачи. И естественно круг этих задач достаточно широк. Но совместно с силами флота НАТО нам предлагается принимать участие в антитеррористических учениях, они называются активные усилия. Мы не возражаем против этого участия, но мы считаем, что уровень нашего присутствия в этих учениях должен быть достаточно выше. И мы готовы взаимодействовать, и в полной мере совместно выполнять задачи, если такая необходимость появится.

А. ЕРМОЛИН: То есть, вы не хотите на вторых, третьих ролях.

А. ПОСТНИКОВ: Ну безусловно мы такой целесообразности вот в этом взаимодействии пока не видим.

А. ЕРМОЛИН: А есть уже опыт проведения каких-то совместных учений? Или расскажите подробнее, как они планируются?

А. ПОСТНИКОВ: Мы бы хотели чтобы в будущем вот эти учения, или учения подобного рода, в том числе если есть необходимость в проведении их… Потому, что на наш взгляд, что угроза терроризма, вот именно в Средиземном море, достаточно низка. Чтобы сейчас вот к ней привлекать столько внимания. Для обеспечения оперативной совместимости, взаимодействия в ходе выполнения других задач, мы готовы с нашими коллегами по НАТО взаимодействовать, и уровень этого взаимодействия поднимать.

А. ЕРМОЛИН: Нет ещё никакой реакции вот на это заявление?

А. ПОСТНИКОВ: Я не думаю, что будет какая-то негативная реакция. Потому, что вот присутствие нашей эскадры на наш взгляд, положительно скажется и на стабильности в регионе, и вполне органично вписывается в общую систему европейской безопасности. Поэтому коллегам по НАТО я думаю, тут особенно расстраиваться по данному поводу нечего.

А. ЕРМОЛИН: Есть ещё одна очень важная тема на мой взгляд. В начале года начальник Генштаба объявил о том, что началась работа по созданию в России сил специальных операций. Вот я хорошо помню, как в 90-х годах эта тема очень активно обсуждалась, и были как сторонники за, так были противники. Потому, что считали, что это избыточные какие-то структуры, когда у нас есть и ВДВ, когда у нас есть и спецназ там, самых разных структур. Вот почему этот вопрос снова поднимается, и вообще что это такое, как вы это видите, и какая роль будет вот этих сил вообще вот в структуре и в деятельности вооруженных сил?

А. ПОСТНИКОВ: Изменившиеся формы и способы ведения военных действий, повышают значимость не только высокоточного оружия, но и сил специальных операций. Мы прекрасно понимаем, что сейчас задачи нужно решать не числом, а умением. И именно высоко подготовленной хорошо технически оснащенный специалист, военный специалист способен решить задачу там, и в тех условиях, которые для других могут оказаться достаточно сложными. И поэтому естественно принято решение о создании сил специальных операций в вооруженных силах, утвержден план строительства этой структуры, концепция строительства и развития. И в соответствии с этим планом, на сегодняшний день уже достаточно много сделано для формирования не только сухопутной, но морской и воздушной составляющей сил специальных операций для обеспечения их новейшими образцами вооружения техники, с учетом современных технологий, которые могут обеспечить выполнение этих сложных, потому они и называются специальных задач. Ну и естественно, определен порядок подготовки сил специальных операций в любом регионе, для решения любых задач, которые на них будут возложены. Поэтому эта подготовка идет достаточно интенсивно. И не смотря на то, что эта все-таки тема достаточно специальная, потому они и называются силы специальных операций. Выходит несколько за рамки обсуждаемого нами вопроса. Тем не менее, я хочу сказать, что наши коллеги из сил специальных операций, уже выполняют и достаточно эффективно задачи по обеспечению целого комплекса мероприятий по подготовке к олимпийским и параолимпийским играм, и я не сомневаюсь, что выполнят так же достойно те задачи, которые на них будут возложены для обеспечения самих этих игр. Причем готовятся для действий в любом регионе, и готовятся достаточно основательно, поэтому можете быть спокойны.

А. ЕРМОЛИН: А как это видится? Это будет отдельный вид вооруженных сил? Или это некий конструктор межведомственный под задачу, условно говоря. То есть, есть какие-то наиболее подготовленные офицеры, команды, владеющие там супер-хорошо, и под задачу они где-то там собираются, и начинают выполнять эту задачу. Или это все-таки будет что-то такое вот совсем уникально, совсем отдельно?

А. ПОСТНИКОВ: Мы ещё исследуем этот вопрос, учитывая в том числе и опыт других вооруженных сил, он не мал. И мы прекрасно понимаем, что вот однозначно сейчас сказать, что у нас будет в перспективе, мы сейчас как раз и реализуем план строительства и развития вооруженных сил до 2020-30 года, я ещё не могу. Но пока мы хотим все сделать для того, чтобы это был эффективный инструмент в руках и президента РФ, как верховного главнокомандующего, министра обороны. Для решения любых задач наиболее сложных, наиболее ответственных, и в любом регионе.

А. ЕРМОЛИН: Но ведь мы можем уже сейчас говорить, что весь мир, и по сути дела армии всех стран мира, включая кстати блок НАТО, о котором мы говорили, они как раз вот как генеральная стратегия развития — это мобильность, и возможность в общем быстрой переброски разных сил и средств в любые регионы мира, (неразборчиво) сверхточного оружия, кстати говоря. То есть, это такая общая тенденция. Как вы считаете, может случиться так, что когда-нибудь там может быть даже при нашей жизни, там лет через 10-15 все наши вооруженные сила превратятся вот в такой супер мобильный классно вооруженный спецназ, который может действовать в любой точке нашей страны, ну и если потребуется, то и за рубежом.

А. ПОСТНИКОВ: Мне бы хотелось отметить, что структура вооруженных сил в полной мере зависит от тех угроз, которые имеются у РФ. О тех задач, которые на вооруженных силы возлагаются для минимизации этих угроз. Обеспечение безопасности, в том числе военной, и в первую очередь военной безопасности. Поэтому сегодня говорить о том, какие нужны будут вооруженные силы через 20-30 лет, мы можем пока только отвлеченно. Потому, что нам нужно знать, каким образом изменится военно-политическая обстановка, какие будут угрозы через 20-30 лет. Ну и исходя из этого и структура вооруженных сил под эти угрозы, под эти задачи будет выстраиваться. Я не хотел бы сказать, что мы этим не занимаемся, что мы не прогнозируем изменения военно-политической обстановки и ничего не делаем для того, чтобы вот эти… Под этот изменяющийся, в том числе в глобальном масштабе мер, мы не были готовы противопоставит то, что в случае угроз может возникнуть, мы этим занимаемся. Но это перспектива.

А. ЕРМОЛИН: Ну, в мире к сожалению спокойнее не становится, вот и в частности продолжает оставаться серьезным узлом противоречий и конфликтов этой ситуации в Сирии. Вы можете как-то прокомментировать позицию Министерства обороны по тому, что там происходит?

А. ПОСТНИКОВ: Ну, Министерство обороны, насколько я знаю, в полной мере поддерживает позицию президента РФ, как верховного главнокомандующего. Он её озвучил однозначно. Мы против какого-либо вооруженного вмешательства, силового воздействия, для решения тех проблем, которые существуют сейчас в Сирии». Это проблемы внутреннего характера, и правительство, руководство Сирии, народ Сирии должен решить эти проблемы самостоятельно. И я думаю, что вот этой позиции невмешательства мы будем придерживаться, насколько это возможно.

А. ЕРМОЛИН: Вот наверное уже заключительный вопрос сегодня. Мы сегодня много говорили про сотрудничество со странами НАТО, и я вспоминаю вот то время, когда сам был в составе военно-дипломатических миссий за рубежом. И если мы офицеры ещё как-то не чувствовали большой культурной разницы, то положение бойца в западных странах и рядового или сержанта-призывника в РФ, они настолько кардинально отличались, что можно было казать, что мы инопланетяне. Сейчас что-нибудь меняется по этой выравниванию? Сейчас даже термин такой появился, гуманизация вооруженных сил.

А. ПОСТНИКОВ: Да, последние годы вооруженные силы достаточно много сделали для того, чтобы гуманизация стала реальностью для наших военнослужащих по призыву. И действительно произошли изменения и в распорядке дня военнослужащих по призыву, что позволяет им во-первых лучше отдыхать, больше времени иметь на личную подготовку. Мы минимизировали количество мероприятий, которые отвлекают военнослужащих от непосредственно боевой учебы. Это касается и сокращения количества нарядов, и исключение участия в хозяйственных работах, и многое другое. Но я бы хотел отметить, что сейчас достаточно много сделано для того, чтобы и в солдатской среде в казарме, насколько это возможно, приблизить быт солдата к домашнему. Чтобы он чувствовал себя комфортно. И неспроста для этого сейчас Министерством обороны принимаются необходимые меры, чтобы в каждой казарме имелись душевые кабины. И в каждой столовой была возможность питаться, используя все преимущества шведского стола, обеспечивая доведения норм довольствия, но при этом разнообразие должно быть таким, чтобы удовлетворить потребности всех. Я не все кончено перечислил, но их много.

А. ЕРМОЛИН: Спасибо за обстоятельный серьезный разговор. Хочу напомнить, что в гостях у «Военного совета» был Александр Николаевич постников, заместитель начальника Генерального штаба. Спасибо.

Наверх
ServerCode=node1 isCompatibilityMode=false