Карта сайта

Нюрнбергский процесс: история и современность

20 ноября 1945 г. в 10.00 в небольшом германском городке Нюрнберг открылся международный судебный процесс по делу главных нацистских военных преступников европейских стран оси Рим-Берлин-Токио. Этот город был выбран неслучайно: он многие годы был цитаделью фашизма, невольным свидетелем съездов национал-социалистской партии и парадов ее штурмовых отрядов. Нюрнбергский процесс осуществлял Международный военный трибунал (МВТ), созданный на основании Лондонского соглашения от 8 августа 1945 г. между правительствами ведущих государств-союзников – СССР, США, Великобритании и Франции, к которому присоединились 19 других стран – членов Антигитлеровской коалиции. Основу соглашения составили положения Московской декларации от 30 октября 1943 г. об ответственности гитлеровцев за совершенные зверства, под которой поставили свои подписи руководители СССР, США и Великобритании.


Здание Дворца юстиции в Нюрнберге, где проходил Нюрнбергский процесс

Учреждение военного трибунала с международным статусом стало возможным во многом благодаря созданию на конференции в Сан-Франциско (апрель-июнь 1945 г.) Организации Объединенных Наций – всемирной организации безопасности, объединившей все миролюбивые государства, которые совместными усилиями оказали достойный отпор фашистской агрессии. Трибунал был учрежден в интересах всех стран – членов Объединенных Наций, которые после окончания кровопролитнейшей из войн поставили своей главной целью «избавить грядущие поколения от бедствий войны: и вновь утвердить веру в основные права человека, в достоинство и ценность человеческой личности». Так записано в Уставе ООН. На том историческом этапе, сразу после окончания Второй мировой войны, в этих целях было крайне необходимо всенародно признать нацистский режим и его главных лидеров виновными в развязывании агрессивной войны практически против всего человечества, принесшей ему чудовищное горе и невыразимые страдания. Официально осудить нацизм и поставить его вне закона значило покончить с одной из угроз, которая потенциально могла бы в будущем привести к новой мировой войне. Во вступительной речи на первом заседании суда председательствующий лорд-судья Дж. Лоренс (член МВТ от Великобритании) подчеркнул уникальность процесса и его «общественное значение для миллионов людей на всем Земном шаре». Именно поэтому на членах международного суда лежала огромная ответственность. Они должны были «честно и добросовестно выполнять свои обязанности без какого-либо попустительства, сообразно со священными принципами закона и правосудия».

Организация и юрисдикция Международного военного трибунала были определены его Уставом, составлявшим неотъемлемую часть Лондонского соглашения 1945 г. Согласно Уставу трибунал имел право судить и наказывать лиц, которые, действуя в интересах европейских стран оси индивидуально или в качестве членов организации, совершили преступления против мира, военные преступления и преступления против человечности. В состав МВТ вошли судьи – представители от четырех государств-учредителей (по одному от каждой страны), их заместители и главные обвинители. В Комитет главных обвинителей были назначены: от СССР – Р.А. Руденко, от США – Роберт Х. Джексон, от Великобритании – Х. Шоукросс, от Франции – Ф. де Ментон, а затем Ш. де Риб. На Комитет возлагалось расследование дел главных нацистских преступников и их обвинение. Процесс был построен на сочетании процессуальных порядков всех представленных в трибунале государств. Решения принимались большинством голосов.


В зале суда

На скамье подсудимых оказалась почти вся правящая верхушка Третьего рейха – высшие военные и государственные деятели, дипломаты, крупные банкиры и промышленники: Г. Геринг, Р. Гесс, И. фон Риббентроп, В. Кейтель, Э. Кальтенбруннер, А. Розенберг, Х. Франк, В. Фрик, Ю. Штрейхер, В. Функ, К. Дениц, Э. Редер, Б. фон Ширах, Ф. Заукель, А. Йодль, А. Зейс-Инкварт, А. Шпеер, К. фон Нейрат, Х. Фриче, Я. Шахт, Р. Лей (повесился в камере до начала процесса), Г. Крупп (был признан неизлечимо больным, его дело было приостановлено), М. Борман (судился заочно, т. к. скрылся и не был найден) и Ф. фон Папен. Не было в зале суда только самых высокопоставленных главарей нацизма – Гитлера, Геббельса и Гиммлера, которые покончили жизнь самоубийством еще во время штурма Берлина Красной Армией. Обвиняемые являлись участниками всех крупных внутри- и внешнеполитических, а также военных событий с момента прихода Гитлера к власти. Поэтому, по словам французского публициста Р. Картье, присутствовавшего на суде и написавшего в 1946 г. книгу «Тайны войны. По материалам Нюрнбергского процесса», «суд над ними был судом над режимом в целом, над целой эпохой, над всей страной».


Главный обвинитель от СССР на Нюрнбергском процессе Р.А. Руденко

Международный военный трибунал рассмотрел также вопрос о признании преступными руководящий состав национал-социалистской партии (НСДАП), ее штурмовые (СА) и охранные отряды (СС), службу безопасности (СД) и государственную тайную полицию (гестапо), а также правительственный кабинет, Генштаб и Верховное командование (ОКВ) нацистской Германии. Все преступления, совершенные нацистами во время войны, были подразделены в соответствии с Уставом Международного военного трибунала на преступления:

- против мира (планирование, подготовка, развязывание или ведение агрессивной войны или войны в нарушение международных договоров);

- военные преступления (нарушения законов или обычаев войны: убийства, истязания или увод в рабство гражданского населения; убийства или истязания военнопленных; ограбление государственной, общественной или частной собственности; разрушение или разграбление культурных ценностей; бессмысленное разрушение городов или деревень);

- преступления против человечности (уничтожение славянских и других народов; создание тайных пунктов для уничтожения мирных людей; умерщвление психически больных).

Международный военный трибунал, заседавший почти год, проделал колоссальную работу. В ходе процесса состоялось 403 открытых судебных заседания, было допрошено 116 свидетелей, рассмотрено свыше 300 тысяч письменных показаний и около 3 тысяч документов, включая фото- и кинообвинения (в основном официальные документы германских министерств и ведомств, Верховного командования вермахта, Генштаба, военных концернов и банков, материалы из личных архивов). Если бы Германия выиграла войну или если бы конец войны не был таким стремительным и сокрушительным, то все эти документы (многие с грифом «Совершенно секретно»), скорее всего, были бы уничтожены или были навсегда скрыты от мировой общественности. Многочисленные свидетели, дававшие показания в ходе процесса, по словам Р. Картье, не ограничивались просто фактами, а подробно освещали и комментировали их, «привнося новые оттенки, краски и дух самой эпохи». В руках судей и обвинителей оказались неоспоримые доказательства преступных замыслов и кровавых злодеяний нацистов. Широкая гласность и открытость стали одним из основных принципов международного процесса: для присутствия в зале суда было выдано более 60 тыс. пропусков, заседания велись одновременно на четырех языках, прессу и радио представляли около 250 журналистов из разных стран.

Многочисленные преступления нацистов и их пособников, выявленные и обнародованные в ходе Нюрнбергского процесса, воистину поражают воображение. Всё, что только можно было изобрести запредельно жестокого, антигуманного и античеловеческого, было включено в арсенал фашистов. Здесь следует назвать и варварские методы ведения войны, и жестокое обращение с военнопленными, грубо нарушающие все ранее принятые в этих сферах международные конвенции, и угон в рабство населения оккупированных территорий, и целенаправленное уничтожение с лица земли целых городов и деревень, и изощренные технологии массового уничтожения. Мир потрясли озвученные в ходе процесса факты об изуверских опытах над людьми, о массовом использовании спецпрепаратов умерщвления «Циклон А» и «Циклон Б», о так называемых душегубках-газенвагенах, газовых «банях», работающих без остановки днем и ночью мощных кремационных печах. Нацистские недочеловеки, цинично считая себя единственной избранной нацией, имеющей право вершить судьбы других народов, создали целую «индустрию смерти». Лагерь смерти в Освенциме, к примеру, был рассчитан на истребление 30 тысяч человек в день, Треблинка – на 25 тысяч, Собибур – на 22 тысячи и т.д. Всего же через систему концлагерей и лагерей смерти прошли 18 миллионов человек, около 11 миллионов из которых были зверски уничтожены.


Нацистские преступники на скамье подсудимых

Обвинения в неправомочности Нюрнбергского процесса, возникшие спустя годы после его окончания среди западных историков-ревизионистов, некоторых юристов и неонацистов и сводившиеся к тому, что это был якобы не справедливый суд, а «скорая расправа» и «месть» победителей, по меньшей мере, несостоятельны. Всем подсудимым уже 18 октября 1945 г., то есть более чем за месяц до начала судебного разбирательства было вручено Обвинительное заключение с тем, чтобы они могли подготовиться к защите. Таким образом, основные права обвиняемых были соблюдены. Мировая печать, комментируя Обвинительное заключение, отмечала, что этот документ составлен от имени «оскорбленной совести человечества», что это не «акт мести, а торжество справедливости», перед судом предстанут не только главари нацистской Германии, но и вся система фашизма. Это был в высшей степени справедливый суд народов мира.


И. фон Риббентроп, Б. фон Ширах, В. Кейтель, Ф. Заукель на скамье подсудимых

Подсудимым была представлена широкая возможность осуществлять защиту от предъявленных им обвинений: все они имели адвокатов, им предоставлялись копии всех документальных доказательств на немецком языке, оказывалась помощь в розыске и получении необходимых документов, доставке свидетелей, которых считали нужным вызвать защитники. Однако обвиняемые и их адвокаты с самого начала процесса взяли курс на то, чтобы доказать юридическую несостоятельность Устава Международного военного трибунала. Стремясь избежать неотвратимого наказания, они пытались переложить всю ответственность за совершенные преступления исключительно на Адольфа Гитлера, СС и гестапо, выдвигали встречные обвинения в адрес государств – учредителей трибунала. Характерно и показательно, что ни у одного из них не возникло ни малейших сомнений в своей полной невиновности.


Г. Геринг и Р. Гесс на скамье подсудимых

После кропотливой и скрупулезной работы, продолжавшейся почти год, 30 сентября – 1 октября 1946 г. был оглашен Приговор международного суда. В нем были проанализированы основные принципы международного права, нарушенные нацистской Германией, аргументы сторон, дана картина преступной деятельности фашистского государства на протяжении более чем 12 лет его существования. Международный военный трибунал признал всех подсудимых (за исключением Шахта, Фриче и фон Папена) виновными в осуществлении заговора с целью подготовки и ведения агрессивных войн, а также в совершении бесчисленных военных преступлений и тягчайших злодеяний против человечности. К смертной казни через повешение были приговорены 12 нацистских преступников: Геринг, Риббентроп, Кейтель, Кальтенбруннер, Розенберг, Франк, Фрик, Штрейхель, Заукель, Йодль, Зейсс-Инкварт, Борман (заочно). Остальные получили различные сроки тюремного заключения: Гесс, Функ, Редер – пожизненно, Ширах и Шпеер – 20 лет, Нейрат – 15 лет, Дениц – 10 лет.


Выступает представитель обвинения от Франции

Трибунал также признал преступными руководящий состав национал-социалистской партии, СС, СД и гестапо. Таким образом, даже приговор, согласно которому только 11 подсудимых из 21 были приговорены к смертной казни, а трое вообще были оправданы, наглядно показал, что правосудие не было формальным и ничего заранее не предрешалось. При этом член международного суда от СССР – страны в наибольшей степени пострадавшей от рук нацистских преступников, генерал-майор юстиции И.Т. Никитченко в Особом мнении заявил о несогласии советской стороны суда с оправдательным приговором трем подсудимым. Он высказался за смертную казнь в отношении Р. Гесса, а также выразил несогласие с решением о непризнании преступными организациями нацистского правительства, Верховного командования, Генштаба и СА.

Ходатайства осужденных о помиловании были отклонены Контрольным Советом по Германии, и в ночь на 16 октября 1946 г. приговор о смертной казни был приведен в исполнение (незадолго до этого Геринг покончил жизнь самоубийством).

Вслед за самым крупным и длительным в истории международным процессом в Нюрнберге в городе вплоть по 1949 г. состоялись еще 12 судебных процессов, на которых были рассмотрены преступления более чем 180 нацистских руководителей. Большинство из них также понесли заслуженное наказание. Военные трибуналы, проходившие после окончания Второй мировой войны в Европе также и в других городах и странах, осудили в общей сложности более 30 тыс. нацистских преступников. Однако многим нацистам, виновным в совершении жестоких преступлений, к сожалению, удалось скрыться от правосудия. Но их розыск не был прекращен, а продолжился: ООН приняла важное решение не принимать во внимание срока давности для нацистских преступников. Так, только в 1960–1970-е годы были найдены, арестованы и осуждены десятки и сотни нацистов. На основе материалов Нюрнбергского процесса были привлечены к суду и приговорены к смертной казни в 1959 г. Э. Кох [1] (в Польше) и в 1963 г. А. Эйхман [2] (в Израиле).

Важно подчеркнуть, что целью международного процесса в Нюрнберге было осуждение нацистских лидеров – главных идейных вдохновителей и руководителей неоправданно жестоких акций и кровавых бесчинств, а не всего германского народа. В связи с этим представитель Великобритании на суде заявил в своей заключительной речи: «Я снова повторяю, что мы не стремимся обвинить народ Германии. Наша цель – защитить его и дать ему возможность реабилитировать себя и завоевать уважение и дружбу всего мира. Но как может быть это сделано, если мы оставим в его среде безнаказанными и неосужденными эти элементы нацизма, которые в основном ответственны за тиранию и преступления и которые, как может поверить трибунал, не могут быть обращены на путь свободы и справедливости?». Что касается военных лидеров, по мнению некоторых, всего-навсего выполнявших свой воинский долг, беспрекословно следуя приказам политического руководства Германии, то здесь необходимо подчеркнуть, что трибунал осудил не просто «дисциплинированных вояк», а людей, которые считали «войну формой существования» и которые так и не извлекли «уроков из опыта поражения в одной из них».

На вопрос, заданный обвиняемым в самом начале Нюрнбергского процесса: «Признаете ли вы себя виновными?», все обвиняемые, как один, ответили отрицательно. Но и спустя почти год – время, вполне достаточное для переосмысления и переоценки своих действий – они не изменили своего мнения.

«Я не признаю решения этого судилища: Я продолжаю быть верным нашему фюреру», - заявил в своем последнем слове на суде Геринг. «Подождем лет двадцать. Германия поднимется вновь. Какой бы приговор ни вынесло мне это судилище, я буду признан невиновным перед ликом Христа. Я готов повторить все еще раз, даже если это означает, что меня сожгут живьем», - эти слова принадлежат Р. Гессу. За минуту до казни Штрейхель воскликнул: «Хайль Гитлер! С Богом!». Ему вторил Йодль: «Я салютую тебе, моя Германия!».

В ходе процесса осуждению подвергся и воинствующий германский милитаризм, который был «сердцевиной нацистской партии настолько же, как и сердцевиной вооруженных сил». Причем, важно понимать, что понятие «милитаризм» отнюдь не связано с профессией военного. Это явление, которое с приходом нацистов к власти пронизывало все немецкое общество, все сферы его деятельности – политическую, военную, социальную, экономическую. Милитаристски настроенные германские лидеры проповедовали и практиковали диктат вооруженной силы. Они сами получали удовольствие от войны и стремились привить такое же отношение своей «пастве». Более того, необходимость противодействия злу, также с помощью оружия, со стороны народов, ставших мишенью агрессии, могла рикошетом ударить по ним самим.

В заключительной речи на суде представитель США заявил: «Милитаризм неизбежно ведет к циничному и злому игнорированию прав других, основ цивилизации. Милитаризм разрушает моральные устои народа, практикующего его, и поскольку он может быть разбит только силой его собственного оружия, он подрывает мораль народов, которые вынуждены вступить с ним в битву». В подтверждение мысли о развращающем действии нацизма на умы и мораль простых немцев, солдат и офицеров вермахта можно привести один, но весьма характерный, пример. В документе № 162, представленном международному суду СССР, захваченный в плен немецкий обер-ефрейтор Лекурт в своих показаниях признавался в том, что он только за период с сентября 1941 г. по октябрь 1942 г. лично расстрелял и замучил 1200 советских военнопленных и мирных граждан, за что досрочно получил очередное звание и был награжден «Восточной медалью». Самое страшное состоит в том, что он совершал эти зверства не по приказу вышестоящих командиров, а, по его же собственным словам, «в свободное от работы время, ради интереса», «ради своего удовольствия». Разве это не лучшее доказательство вины нацистских лидеров перед своим народом!


Американский солдат, профессиональный палач Джон Вудз готовит петлю для преступников

ЗНАЧЕНИЕ НЮРНБЕРГСКОГО ПРОЦЕССА

Сегодня, спустя 70 лет со дня начала Нюрнбергского процесса (осенью будущего года исполнится 70 лет со дня его окончания), отчетливо видно, какую огромную роль он сыграл в историческом, юридическом и общественно-политическом планах. Нюрнбергский процесс стал историческим событием, прежде всего, как торжество Закона перед нацистским беззаконием. Он разоблачил человеконенавистническую сущность германского нацизма, его планы уничтожения целых государств и народов, его запредельную бесчеловечность и жестокость, абсолютную аморальность, истинные размеры и глубины злодеяний нацистских палачей и крайнюю опасность нацизма и фашизма для всего человечества. Моральному осуждению была подвергнута вся тоталитарная система нацизма в целом. Тем самым была создана морально-нравственная преграда для возрождения нацизма в будущем или, по крайней мере, для его всеобщего осуждения.

Нельзя забывать, что весь цивилизованный мир, только что избавившийся от «коричневой чумы», рукоплескал приговору Международного военного трибунала. Очень жаль, что сейчас в некоторых европейских странах в той или иной форме происходит возрождение нацизма, а в Прибалтийских государствах и в Украине активно идет процесс героизации и прославления участников отрядов Ваффен-СС, которые в ходе Нюрнбергского процесса были признаны преступными наряду с немецкими охранными отрядами СС. Важно, чтобы эти явления сегодняшнего дня подверглись резкому осуждению всеми миролюбивыми народами и такими авторитетными международными и региональными организациями безопасности, как ООН, ОБСЕ и Европейский Союз. Не хотелось бы верить, что мы являемся свидетелями того, что предрекал один из нацистских преступников – Г. Фриче – в своей речи на Нюрнбергском процессе: «Если вы полагаете, что это – конец, то вы ошибаетесь. Мы присутствуем при рождении гитлеровской легенды».

Важно твердо знать и помнить, что решений Нюрнбергского трибунала никто не отменял! Представляется полностью недопустимым радикальный пересмотр его решений и в целом его исторической значимости, так же, как и главных итогов и уроков Второй мировой войны, что, к сожалению, пытаются сегодня сделать некоторые западные историки, правоведы и политики. Важно отметить, что материалы Нюрнбергского процесса являются одним из важнейших источников для изучения истории Второй мировой войны и создания целостной и объективной картины злодеяний нацистских главарей, а также для получения однозначного ответа на вопрос о том, кто виноват в развязывании этой чудовищной войны. В Нюрнберге именно нацистская Германия, ее политические, партийные и военные лидеры были признаны главными и единственными виновниками международной агрессии. Поэтому попытки некоторых современных историков разделить эту вину поровну между Германией и СССР полностью несостоятельны.

С точки зрения юридической значимости Нюрнбергский процесс стал важной вехой в развитии международного права. Устав Международного военного трибунала и приговор, вынесенный почти 70 лет назад, стали «одним из краеугольных камней современного международного права, одним из его основных принципов», - писал известный отечественный исследователь различных вопросов и аспектов Нюрнбергского процесса профессор А.И. Полторак в своем труде «Нюрнбергский процесс. Основные правовые проблемы». Его точка зрения имеет особое значение еще и потому, что он был секретарем делегации СССР на этом процессе.

Следует признать, что среди некоторых юристов существует мнение, что в организации и проведении Нюрнбергского процесса не все было гладко с точки зрения юридических норм, но надо учитывать, что он был первым международным судом такого рода. Однако ни один самый строгий юрист, понимающий это, никогда не станет доказывать, что Нюрнберг не сделал ничего прогрессивного и значимого для развития международного права. И совсем недопустимо, чтобы за толкование юридических тонкостей процесса брались политики, претендуя при этом на выражение истины в последней инстанции.

Нюрнбергский процесс стал первым в истории событием подобного рода и подобной значимости. Он определил новые виды международных преступлений, которые затем прочно вошли в международное право и национальное законодательство многих государств. Помимо того, что в Нюрнберге агрессия была признана преступлением против мира (впервые в истории!), также впервые к уголовной ответственности были привлечены официальные лица, ответственные за планирование, подготовку и развязывание агрессивных войн. Впервые было признано, что положение главы государства, ведомства или армии, а также исполнение распоряжений правительства или преступного приказа не освобождают от уголовной ответственности. Нюрнбергские решения привели к созданию в международном праве специальной отрасли – международного уголовного права.

Вслед за Нюрнбергским процессом был проведен Токийский процесс – судебный процесс над главными японскими военными преступниками, происходивший в Токио с 3 мая 1946 г. по 12 ноября 1948 г. в Международном военном трибунале для Дальнего Востока. Требование суда над японскими военными преступниками было сформулировано в Потсдамской декларации от 26 июля 1945 г. В Акте о капитуляции Японии от 2 сентября 1945 г. было дано обязательство «честно выполнять условия Потсдамской декларации», включая наказание военных преступников.

Нюрнбергские принципы, одобренные Генеральной Ассамблеей ООН (резолюции от 11 декабря 1946 г. и 27 ноября 1947 г.), стали общепризнанными нормами международного права. Они служат основанием для отказа выполнять преступный приказ и предупреждают об ответственности тех руководителей государств, которые готовы совершить преступления против мира и человечности. В дальнейшем к преступлениям против человечности были отнесены геноцид, расизм и расовая дискриминация, апартеид, применение ядерного оружия, колониализм. Принципы и нормы, сформулированные Нюрнбергским процессом, легли в основу всех послевоенных международно-правовых документов, направленных на предотвращение агрессии, военных преступлений и преступлений против человечности (например, Конвенция 1948 г. «О предупреждении преступлений геноцида и наказании за него», Женевская конвенция 1949 г. «О защите жертв войны», Конвенция 1968 г. «О неприменимости срока давности к военным преступлениям и преступлениям против человечества», Римский статут 1998 г. «О создании Международного уголовного суда»).

Нюрнбергский процесс создал правовой прецедент для учреждения подобных международных трибуналов. В 1990-е годы Нюрнбергский военный трибунал стал прообразом для создания Международного трибунала для Руанды и Международного трибунала для Югославии, учрежденных Советом Безопасности ООН. Правда, как оказалось, не всегда они преследуют справедливые цели и не всегда полностью беспристрастны и объективны. Особенно наглядно это проявилось в работе трибунала для Югославии.

В 2002 г. по просьбе президента Сьерра-Леоне Ахмеда Кабба, обратившегося к Генеральному секретарю ООН, под эгидой этой авторитетной организации был создан Специальный суд по Сьерра-Леоне. Он должен был провести международное судебное разбирательство над лицами, ответственными за совершение наиболее серьезных преступлений (главным образом, военных и против человечности) в ходе внутреннего вооруженного конфликта в Сьерра-Леоне.

К сожалению, при учреждении (или, наоборот, целенаправленном не учреждении) международных трибуналов, подобных Нюрнбергскому, в наши дни зачастую действуют «двойные стандарты» и решающим оказывается не желание найти истинных виновников преступлений против мира и человечности, а определенным образом продемонстрировать свое политическое влияние на международной арене, показать, «кто есть кто». Так, например, случилось в ходе работы Международного трибунала для Югославии. Чтобы этого не происходило в будущем, требуется политическая воля и сплоченность государств – членов ООН.

Очевидна и политическая значимость Нюрнбергского процесса. Он положил начало процессу демилитаризации и денацификации Германии, т.е. воплощению в жизнь важнейших решений, принятых в 1945 г. на Ялтинской (Крымской) и Потсдамской конференциях. Как известно, для искоренения фашизма, разрушения нацистской системы государственности, ликвидации германских вооруженных сил и военной промышленности Берлин и территория страны были разделены на зоны оккупации, административную власть в которых осуществляли победившие государства. С сожалением заметим, что наши западные союзники, презрев согласованные решения, первыми предприняли шаги к возрождению оборонной промышленности, вооруженных сил и созданию ФРГ в своей зоне оккупации, а с возникновением военно-политического блока НАТО и принятию в него Западной Германии.

Но, оценивая послевоенную общественно-политическую значимость Нюрнберга, подчеркнем, что никогда до этого судебный процесс еще не объединял все прогрессивные силы мира, стремившиеся раз и навсегда осудить не только конкретных военных преступников, но и саму идею добиваться внешнеполитических и экономических целей с помощью агрессии против других стран и народов. Сторонники мира и демократии расценивали его как важный шаг на пути к практической реализации Ялтинских соглашений 1945 г. по установлению нового послевоенного порядка в Европе и во всем мире, который должен был базироваться, с одной стороны, на полном и всеобщем неприятии агрессивных военно-силовых методов в международной политике, а с другой – на взаимопонимании и дружеском всестороннем сотрудничестве и коллективных усилиях всех миролюбивых стран вне зависимости от их социально-политического и экономического устройства. Возможность такого сотрудничества и его плодотворность была с очевидностью доказана в ходе Второй мировой войны, когда большинство государств мира, осознав смертельную опасность «коричневой чумы», объединились в Антигитлеровскую коалицию и совместными усилиями одолели ее. Создание в 1945 г. всемирной организации безопасности – ООН – послужило еще одним доказательством этого. К сожалению, с началом «холодной войны» развитие этого прогрессивного процесса – на сближение и сотрудничество государств с различным общественно-политическим строем – оказалось существенно затруднено и шло не так, как мыслилось в конце Второй мировой войны.

Важно, чтобы преградой на пути возрождения нацизма и агрессии как государственной политики в наши дни и в будущем всегда стоял Нюрнбергский процесс. Его итоги и исторические уроки, не подлежащие забвению и тем более ревизии и переоценке, должны служить предостережением всем, кто видит себя избранными «вершителями судеб» государств и народов. Для этого нужны только желание и воля к объединению усилий всех свободолюбивых, демократических сил мира, их союз, такой, какой удалось создать государствам Антигитлеровской коалиции в годы Второй мировой войны.

Шепова Н.Я., 
кандидат исторических наук, доцент, старший научный сотрудник
Научно-исследовательского института (военной истории)
Военной академии Генерального штаба ВС РФ

[1] Эрих Кох – видный деятель НСДАП и Третьего рейха. Гауляйтер (1 октября 1928 г. – 8 мая 1945 г.) и оберпрезидент (сентябрь 1933 г. – 8 мая 1945 г.) Восточной Пруссии, начальник гражданского управления округа Белосток (1 августа 1941–1945 гг.), рейхскомиссар Украины (1 сентября 1941 г. – 10 ноября 1944 г.), обергруппенфюрер СА (1938 г.), военный преступник.

[2] Адольф Эйхман – немецкий офицер, сотрудник гестапо, непосредственно ответственный за массовое уничтожение евреев в годы Второй мировой войны. По приказу Рейнхарда Гейдриха, принял участие в работе Ванзейской конференции 20 января 1942 г., на которой были обсуждены меры по «окончательному решению еврейского вопроса» – об уничтожении нескольких миллионов евреев. В качестве секретаря вел протокол совещания. Эйхман предлагал немедленно решить вопрос о высылке евреев в Восточную Европу. Непосредственное руководство этой операцией было возложено на него же.

Находился в гестапо на привилегированном положении, часто получая приказы непосредственно от Гиммлера, минуя непосредственных начальников Г. Мюллера и Э. Кальтенбруннера. В марте 1944 г. возглавил зондеркоманду, которая организовала отправку из Будапешта в Освенцим транспорта с венгерскими евреями. В августе 1944 г. представил Гиммлеру доклад, в котором отчитался об уничтожении 4 млн. евреев.

Наверх
ServerCode=node1 isCompatibilityMode=false