Карта сайта

Нацистским преступлениям не может быть прощения!

Президент Латвии А. Берзиньш в конце февраля 2012 г. выступил в поддержку ветеранов латвийского легиона СС. Он высказал мнение, что эти люди заслуживают уважения. «Они (солдаты) попали в немецкий легион путём принуждения. Они боролись с мыслью защитить Латвию. Латыши в этом легионе не являются преступниками», — заявил А. Берзиньш. Президент отметил также, что официально латышские легионеры не были признаны виновными в военных преступлениях. «Считать их преступниками — это за рамками здравого смысла… Вместо этого перед ними надо склонить голову», — сказал он.

16 марта 2012 г. в столице Латвии прошёл марш бывших латвийских эсэсовцев. Утром в Домском соборе Риги по традиции состоялось богослужение: ветераны легиона СС, увешанные нацистскими боевыми наградами, почтили там память погибших товарищей. Затем около 300 ветеранов латвийских дивизий Waffen SS, воевавших в годы Второй мировой войны на стороне нацистской Германии, торжественно прошли по центру города к памятнику Свободы, где возложили цветы.

Заметим, Латвия на сегодняшний день является единственным в мире(!) государством, где допускаются массовые акции с участием бывших военнослужащих СС. До недавнего времени ещё этим «славилась» её соседка — Эстония, но теперь там предпочитают в интересах престижа государства не выпячивать своих «героев». Марш легионеров традиционно проводится в Риге ежегодно 16 марта, с того момента, как Латвия вновь обрела независимость в 1991 г. Так называемые торжественные мероприятия приурочены к памятной дате — именно 16 марта 1944 г. части и подразделения 15-й и 19-й латвийских добровольческих дивизий СС вступили в бой с советскими войсками в районе р. Великой, юго-восточнее города Острова Псковской области. С 1945 г. эта дата отмечалась членами латвийского легиона, бежавшими после войны на Запад, как день памяти легионеров. В самой Латвии открыто этот день начал отмечаться в 1988 г. Представляется, что проблема не в исторических фактах, а в их интерпретации.

Как относятся сейчас к бывшим эсэсовцам в Латвии и за её границами?

Ежегодные марши ветеранов латвийского легиона СС — головная боль руководства Латвии. После вступления Латвии в Европейский союз и НАТО игнорировать их стало невозможно. Осуждать и тем более запрещать в своей стране — тоже. Поэтому неудивительно, что латвийские власти начали искать более или менее приемлемое объяснение этому феномену. И, казалось, нашли его. Президент Латвии А. Берзиньш выступил в поддержку легионеров и назвал безумием попытки предъявить им обвинения. По мнению президента, латыши попали в легион путём принуждения, и «перед легионерами нужно склонить головы!», так как они защищали страну. Комментарии были сделаны в преддверии дня легионеров. Подробного ответа на вопрос, стоит ли в Латвии отмечать эту дату, президент не дал, заявив, что «игнорировать ничего не надо». Он также сообщил, что в Латвии «осталось менее 500 человек, связанных с этой датой», и что средний возраст ветеранов — 90 лет…

Следовательно, позиция абсолютного большинства представителей правящей элиты звучит так: «Они (легионеры) не преступники, а жертвы». Накануне очередного дня памяти ветеранов латвийского легиона СС и, следовательно, очередного марша, министерство иностранных дел Латвии пригласило аккредитованных в стране дипломатов для того, чтобы разъяснить суть происходящего. По версии министра иностранных дел Латвии Э. Ринкевичса, который встречался с дипломатами, легионеры не были ни добровольцами, ни военными преступниками. Как разъяснил министр, легион был создан незаконно. «Создание латышского легиона было нацистским преступлением, поскольку в соответствии с Гаагской конвенцией 1907 г. жителей оккупированной территории было запрещено зачислять в ряды вооруженных сил. Слово «доброволец» использовалось специально, чтобы обойти эту конвенцию. За отказ от призыва грозила тюрьма, а позже — смертная казнь», — цитируют информагентства пресс-службу латвийского МИДа.

Объяснения главы государства и латвийских дипломатов следует считать неубедительными, поскольку они очевидно противоречат логике. Можно допустить, и такие факты были, что в формирования СС латышей сгоняли насильно, даже под угрозой смертной казни. Но сложно представить себе, что эти несчастные вояки многие десятилетия тайно, под угрозой сурового наказания, хранили эсэсовскую униформу, документы и нацистские награды, а после восстановления независимости Латвии ежегодно торжественно и с гордостью отмечали бы день, когда их впервые заставили, помимо их воли, принимать участие в боевых действиях на стороне агрессора. А как объяснить следующий факт? В 1993 г. в актовом зале Технического университета бывшему офицеру латвийского легиона СС А. Фрейманису торжественно вручили рыцарский крест, к которому он был представлен фюрером во время обороны Курляндского котла, но который не смог получить вовремя. Приняв награду, Фрейманис отсалютовал: «Хайль Гитлер!»

Власти Латвии всегда, как минимум, спокойно реагировали на шествия бывших эсэсовцев по центру столицы, как максимум — были солидарны с ними. Более того, с 1994 по 2001 г. это событие отмечалось на государственном уровне, но потом по инициативе президента Латвии В. Вике-Фрейберге эту дату исключили из списка официальных праздников. Последнее время, однако, предпринимаются робкие попытки по противодействию «торжественным мероприятиям», но предпринимаемые меры можно лишь мягко охарактеризовать как «половинчатые». Так, в текущем году Рижская городская дума запретила марш, а 15 марта административный районный суд Риги отменил это постановление.

В Латвии сейчас якобы ведётся дискуссия о вкладе латышских эсэсовцев в историю страны. МИД Латвии сообщает, что общество пытается понять, кем же были легионеры — пособниками Гитлера или борцами за независимость Латвии. Говорить о какой-либо борьбе мнений в латвийском информационном пространстве, говорить не приходится. Там полностью господствует если не героизация местных бывших эсэсовцев, то их оправдание и одобрение. В курсе национальной истории, преподаваемой в школах и высших учебных заведениях Латвии, проводится такая же мысль. К сожалению, о кровавых преступлениях латышских эсэсовцев и полицейских, «команды Арайса» и других учащимся и студентам ничего не сообщается. В результате социологического опроса 72% учеников латышских школ позитивно оценили отмечание дня памяти легионеров Waffen SS. Кроме того, 42% школьников полагают, что вермахт в 1941 г. Латвию одновременно и освободил, и оккупировал, а 8% — уверены, что солдаты Гитлера, бесспорно, являются «освободителями» их земли. Парадокс: безвинно пострадавший от нацистского нашествия латвийский народ с бессмысленным дружелюбием искренне тянется к жестокому надменному чужаку и его пособникам, массово его грабивших и уничтожавших, не признававших русских, евреев, белорусов, да и латышей, за людей. Так, Гиммлер открыто высказывал своё пренебрежение к латышам, заявляя, что из всего количества латышей, по его мнению, только 30% стоит считать за людей, которых можно использовать.

Марш «борцов за независимость» традиционно поддерживается сторонниками правых политических организаций Латвии. Так и в этот раз на улицы Риги вышло около 1000 человек с национальными флагами и букетами цветов. В основном это были радикалы из движения «Всё для Латвии!» и организации «Даугавские ястребы». Кстати среди сторонников бывших эсэсовцев мелькали и некоторые парламентарии-националисты.

Представители иных национальностей, живущих в Латвии, не склонны разделять навязываемое мнение о бывших эсэсовцах. Русские, украинцы, белорусы, поляки и евреи видят в легионерах обычных коллаборационистов, которые воевали против солдат антигитлеровской коалиции. Дело в том, что от всевозможных «партизан — борцов за независимость» легионеров отличают следующие нюансы: они носили униформу Waffen SS Германии и выполняли приказы германского командования и службы безопасности. Два года назад в Латвии для противодействия неонацизму был образован Всемирный антифашистский фронт. Подобную инициативу поддержали правительства России, Белоруссии и королева Великобритании Елизавета II.

16 марта с.г. бывшим эсэсовцам и поддерживающим их националистам пытались помешать малочисленные пикеты, насчитывающие около сотни человек, антифашистов. В основном это члены русских и еврейских организаций, а также ветераны Вооружённых Сил СССР. «Борцов за независимость» встретили люди с плакатами: «За вами — кровь и смерть!», «Легионеры — позорное пятно Латвии!», «Чем вы гордитесь?». В минувшие годы антифашистов довольно часто разгоняла полиция, националистам же предоставлялась «зеленая улица».

Запад в целом осуждает подобные шествия, но делает это мягко и нерешительно. Никакой единой позиции со стороны Европейского союза пока не последовало.

С определенным пониманием подходят соседи: Литва и Эстония. Некоторые правые организации в других странах также приветствуют марши латышских легионеров. Более того, националисты в Украине несколько раз намеривались своими силами организовать подобное шествие для ветеранов 14-й гренадёрской дивизии СС «Галичина». Однако этим подобные примеры и исчерпываются. Ни в одной стране, где во время Второй мировой войны были организованы дивизии Waffen SS (Франции, Норвегии, Голландии, Бельгии, а тем более в Австрии и Германии), ни о каком чествовании ветеранов этих соединений не может быть и речи.

Крайне негативно к героизации бывших эсэсовцев в Латвии относятся в России, Белоруссии, Польше и Израиле. Большинство историков названных государств и многих стран Европейского союза считают ложью, что латыши, которые воевали на стороне нацистской Германии, делали это ради независимой Латвии. Как можно защищать Латвию, расстреливая мирных жителей, сжигая русские, белорусские деревни, польских пленных солдат? Это особый путь Латвии к независимости? Э. Зурофф, глава иерусалимского отделения Центра Симона Визенталя, известный активной деятельностью по розыску нацистских преступников, отмечает, что многие из тех, кто служил в легионе, уже до этого совершали уголовные и военные преступления. «Возмутительно, что подобное шествие проходит в центре европейской столицы, — восклицает Д. Рубинфельд, президент Европейского Еврейского парламента. — Мы должны отвергать тех, кто чествует фашистов Второй мировой. Поддержка легиона Waffen SS — это не европейская ценность. Современная Европа была основана на принципах, полностью противоречащих идеям фашизма, расизма и антисемитизма».

После обретения государственности в 1918 г. в Латвии традиционно были сильны прогерманские настроения, хотя до Второй мировой войны немецкое население в республике составляло всего около 3%. Однако лидеры немецкого землячества, объединённого в общественную организацию под названием «Латвийское братство», после прихода А. Гитлера к власти в Германии официально провозгласили своей целью вхождение Латвии в состав третьего рейха.

История свидетельствует, что когда германский вермахт в конце июня 1941 г. вступил на территорию советской Прибалтики, значительная часть коренного населения приветствовала его как освободителя. Более того, не желая возвращения советской власти в Прибалтику, не малая часть жителей Латвии была не против влиться в ряды вермахта, ведущего «крестовый поход против большевизма». Свыше 165 тыс. латышей в той или иной форме принимали участие в боевых действиях против Красной Армии на стороне Гитлера. При этом основная часть латышей, служивших у оккупантов, оказалась в формированиях Waffen SS.

Однако необходимо признать, что большинство жителей Латвии, как и Литвы и Эстонии, не оказывали активного содействия германским властям. Это было, в том числе, связано с тем, что Гитлер объявил о своих намерениях не предоставлять прибалтийским республикам самостоятельности: они должны были стать новыми территориями третьего рейха.

Между тем рейхскомиссариат по делам оккупированных восточных территорий во главе с А. Розенбергом активно включился в реализацию генерального плана «Ост». Белоруссия, Латвия, Литва и Эстония были объединены в единую административную территорию под наименованием «Остланд». Рейхскомиссаром стал гауляйтер Шлезвиг-Голштейна Г. Лозе.

Одновременно службой безопасности (Sicherheitsdienst-SD) Германии был сформирован территориальный округ службы безопасности и полиции под руководством высшего руководителя СС и полиции на севере России обергруппенфюрера СС Ф. Еккельна со штаб-квартирой в Риге. Службу безопасности в Латвии возглавил бригадефюрер СС В. Шредер. Ему же подчинялась «латышская вспомогательная полиция безопасности».

Шредер нуждался в надёжных национальных полицейских подразделениях, которые могли бы высвободить воинские части вермахта от необходимости поддержания общественного порядка в Латвии. Он отдал распоряжение приступить к формированию батальонов, получивших наименование «шума»-батальоны («шума» — стрелковые команды, с 24 мая 1943 г. — полицейские батальоны), для исполнения полицейских функций в составе СС. Однако очень скоро после тяжелых потерь, понесённых вермахтом в ходе зимней кампании 1941 г. под Москвой, рейхсфюрер Г. Гиммлер принял решение передать «шума»-батальоны в сухопутные войска в качестве резерва. В последующем германское командование «затыкало» ими бреши на передовой.

Как создавался и воевал латвийский легион?

В 1942 г. Латвийская гражданская администрация предложила Г. Лозе создать в помощь вермахту на добровольческой основе вооруженные силы общей численностью 100 тыс. человек с условием признания после окончания войны независимости Латвии. Ярые националисты были убеждены в положительном разрешении своей просьбы, тем более, что ещё 1 октября 1942 г. соседняя Эстония получила от германского командования разрешение на формирование частей Waffen SS, комплектуемых эстонцами. В формировании латвийских подразделений СС принимал активное участие Р. Бангерскис (Бангерский), в прошлом выпускник Санкт-Петербургского пехотного юнкерского училища и Императорской Николаевской военной академии, участник русско-японской (1904–1905 гг.), Первой мировой (1914–1918 гг.) войн, полковник Русской императорской армии, генерал-лейтенант в войсках адмирала А.В. Колчака в годы Гражданской войны в России и военный министр в составе правительства Ульманиса Латвии.

Подобная просьба вызвала негативную реакцию в Берлине. Личный посланник Гиммлера начальник главного административного управления РСХА обергруппенфюрер СС Г. Бергер провёл тщательное изучение политической ситуации в Латвии. Он проанализировал взгляды и настроения правящей элиты и доложил рейхсфюреру СС, что, прежде всего Р. Бангерскис подобным шагом добивается личных политических выгод. Вместо создания самостоятельной латвийской армии он предложил Гиммлеру сформировать латвийский легион в составе Waffen SS для борьбы с советскими партизанами. Гиммлер поспешил с соответствующим предложением к Гитлеру и получил от него принципиальное согласие на формирование латвийского легиона. В тоже время Гиммлер был вынужден и реагировать на многочисленные обращения представителей латвийского самоуправления, и поднять перед фюрером вопрос о предоставлении автономии прибалтийским республикам. О независимости Прибалтики, которая шла вразрез с генеральным планом «Ост», речь, естественно, идти не могла. Формальным основанием для автономии, по мнению Гиммлера, должно было стать то обстоятельство, что в соответствии с Гаагской конвенцией 1907 г. всеобщая мобилизация несовместима со статусом оккупированной территории. Он предложил предоставить Латвии суверенитет под протекторатом третьего рейха. Гиммлера в этом вопросе поддержал и Розенберг, однако Гитлер безоговорочно отверг этот проект.

Однако возрастающая потребность в живой силе вынудила нацистское руководство изменить отношение к участию балтийских народов в войне. В этих условиях генеральный комиссар Латвии, прямой подчинённый Г. Лозе, О. Дрекслер, контролировавший деятельность латвийского самоуправления, был вынужден лавировать между блефовавшим Гиммлером, обещавшим автономию прибалтам, и сотрудничающей стороной, которая бомбардировала его меморандумами в целях выяснения планов оккупантов по предоставлению автономии латышам. Автономия была обещана Гиммлером взамен на широкомасштабную мобилизацию мужчин призывного возраста для формирования латвийского легиона.

В феврале 1943 г. оккупационные власти санкционировали создание латвийского легиона и начали набор добровольцев. Костяком легиона стали латвийские полицейские батальоны.

Первоначально осуществлялся набор добровольцев, который шёл с большим трудом. Ф. Еккельн, несший ответственность за формирование латвийского легиона, в своем донесении Гиммлеру от 19 февраля 1943 г. предложил прибегнуть к всеобщему призыву всех мужчин в Латвии, родившихся в период между 1919 и 1925 гг. Предложение было одобрено.

24 февраля 1943 г. Ф. Еккельн объявил совместную мобилизацию в войска СС и вспомогательные отряды. Формально командиром легиона считался генерал Р. Бангерскис, имевший чин бригадефюрера СС, однако реально власть находилась в руках бригадефюрера СС П. Хансена. 30 апреля 1943 г. Р. Бангерскис получил назначение на пост генерал-инспектора латвийского легиона, а до этого 3 марта он получил следующий чин — группенфюрера СС. Начальником штаба стал полковник, вскоре переаттестованный в штандартенфюреры СС, А. Силгайлис.

Гиммлер в своём приказе от 24 марта 1943 г. окончательно прояснил правовой статус легиона. Согласно приказу понятие «латвийский легион СС» употреблялось для обозначения всех латышей, проходивших службу в латвийской добровольческой бригаде СС, латвийской добровольческой дивизии СС и латвийских полицейских батальонах. Г. Бергер в донесении Гиммлеру от 15 апреля 1943 г. докладывал, что из 15 тыс. запланированных добровольцев прибыло только 2478 человек. Между тем с началом комплектования латышских добровольческих дивизий СС на «команду Арайса» были возложены задачи по отлову «добровольцев» и казням наиболее активно уклоняющихся. Но и эта мера не смогла полностью поправить положение. Были и проблемы с передислокацией в состав вновь формируемых частей с восточного фронта полицейских батальонов.

В мае 1943 г. на основе шести латвийских полицейских батальонов (16-го, 18-го, 19-го, 21-го, 24-го и 26-го), действовавших в составе группы армий «Север», была организована латвийская добровольческая бригада СС в составе 1-го и 2-го латвийских добровольческих полков. Одновременно был произведён набор добровольцев десяти возрастов (1914–1924 гг. рождения) для 15-й латвийской добровольческой дивизии СС, три полка которой – 3-й, 4-й и 5-й латвийские добровольческие, артиллерийский полк, а также различные вспомогательные подразделения были сформированы к середине июня. В отличие от первых двух полков они не имели боевого опыта, что, однако, не помешало немцам сразу же отправить на фронт 1 тыс. новобранцев, бесцельному уничтожению которых помешало вмешательство Р. Бангерскиса.

Служебная документация в легионе с самого начала велась на латышском языке. Легионеры принимали присягу, текст которой звучал так: «Богом клянусь в этой торжественной клятве, что в борьбе против большевизма я буду беспрекословно подчиняться главнокомандующему германскими вооруженными силами Адольфу Гитлеру и как бесстрашный солдат, если будет на то его воля, буду готов отдать свою жизнь за эту клятву». Интересно, знаком ли президент Латвии с текстом присяги легионеров, перед которыми нужно склонить головы?



Латвийский легион строился по примеру германского вермахта. При этом частично использовалось обмундирование бывшей латвийской армии и войск СС. Вооружены легионеры были не только немецким, но и трофейным оружием и боеприпасами: чешским, французским и румынским.

В сформированных частях и подразделениях латвийского легиона с трудом налаживалась боевая учёба. Остро ощущалась нехватка опытных военных специалистов и инструкторов. Недоставало и казарм для размещения личного состава. В дальнейшем новые контингенты латвийского легиона проходили подготовку в прифронтовом районе под руководством инструкторов из полицейских батальонов.

Между тем процесс формирования соединений и частей СС предрешил судьбу латвийского легиона: он был фактически распущен, а с 1 декабря 1943 г. легион официально прекратил свое существование.

Германское командование проигнорировало своё обещание о том, что возглавит легион латыш, так как это назначение стало бы во многом формальным показателем участия латышей в управлении воинскими подразделениями. Латвийскими дивизиями СС командовали:

15-я ваффен-гренадёрская дивизия СС

 
Чин, фамилия и инициал командира
25 февраля – май 1943 г.
Бригадефюрер СС и генерал-майор войск СС
П. Хансен
Май 1943 г. – 17 февраля 1944 г.
Группенфюрер СС и генерал-лейтенант войск СС
К. Пуклер-Бургхаус
17 февраля – 21 июля 1944г.
Оберфюрер СС Н. Хейльманн
21 июля 1944 г. – 26 января 1945 г.
Бригадефюрер СС и генерал-майор войск СС
Г. Обвурцер
26 января 1945 г.
Оберфюрер СС Э. Дизенхоффер
26 января – 15 февраля 1945г.
Оберфюрер СС А. Аквс
15 февраля – май 1945 г.
Оберфюрер СС К. Бурк

19-я ваффен-гренадёрская дивизия СС

 
Чин, фамилия и инициал командира
Январь – март 1944 г.
Бригадефюрер СС и генерал-майор войск СС
Г. Шульдт
Март – апрель 1944 г.
Оберфюрер СС В. Бок
Апрель 1944 г. – май 1945 г.
Группенфюрер СС, генерал-лейтенант войск СС и полиции Б. Штреккенбах

 

Боевое крещение 15-я латвийская добровольческая дивизия СС получила 18 ноября 1943 г., когда была срочно переброшена на северный участок восточного фронта с задачей задержать наступление войск 2-го Прибалтийского фронта в районе Невеля. Опасаясь за результаты боевого применения дивизии, германское командование разделило её на несколько боевых групп. Каждая из групп была придана одной из немецких дивизий. Латвийские эсэсовцы оказали ожесточённое сопротивление советским войскам, однако они не смогли остановить продвижение Красной Армии. В декабре части и подразделения были вновь переброшены в район Пустошка — Новосокольники для удержания обороны. В январе 1944 г. 15-я латвийская добровольческая дивизия СС вела тяжёлые оборонительные бои в районе Старой Руссы.

В феврале 1944 г. советское наступление было остановлено, однако угроза его возобновления сохранялась, что заставило оккупационные власти и местное латвийское самоуправление активизировать мобилизационные мероприятия. Призывной возраст был поднят до 37 лет, и только лица, занятые в военной промышленности и не годные по состоянию здоровья, освобождались от призыва. Для подготовки призывников на основе учебно-запасного батальона 15-й латвийской добровольческой дивизии СС была развернута 15-я учебно-запасная бригада трёхполкового состава.

За счёт полученного по мобилизации пополнения удалось увеличить численность 2-й латвийской добровольческой бригады СС и в феврале 1944 г. развернуть её в 19-ю латвийскую добровольческую дивизию СС (соединением последовательно командовали немцы бригадефюрер СС Г. Шульд, оберфюрер СС В. Бок, группенфюрер СС Б. Штреккенбах). Большинство солдат и офицеров вплоть до командиров полков были латышами. При формировании соединения оставался принудительно-добровольный принцип. Зачисление в части и подразделения происходило в порядке обязательного призыва, что являлось обычным методом гитлеровского режима. Военнослужащие войск СС из Прибалтики большей частью были призваны для боевых действий на восточном фронте.

Таким образом, в составе латвийского легиона оказались две дивизии: 15-я латвийская добровольческая дивизия СС  32-й, 33-й и 34-й полки и 19-я латвийская добровольческая —дивизия СС — 42-й, 43-й и 44-й полки. Их численность по состоянию на 30 июня 1944 г. составляла: 15-й дивизии — 18 412 солдат и офицеров, 19-й дивизии — 10 592. Две латвийские дивизии были объединены в 6-й (латвийский) добровольческий корпус войск СС под командованием обергруппенфюрера В. Крюгера, который вошёл в состав германской 18-й полевой армии.

Было запланировано создание и третьей — 36-й танково-гренадерской дивизии войск СС. Однако этому помешала обстановка на фронте, требовавшая немедленного использования всех имевшихся сил для зашиты границ Латвии. В результате 240 молодых латышей из состава имперской службы трудовой повинности, прошедшие в Арнеме (Голландия) подготовку в качестве унтер-офицеров танково-гренадерских частей и прибывшие в Латвию в июне 1944 г., были направлены на фронт и включены в состав 19-й латвийской добровольческой дивизии СС.

В феврале — марте 1944 г. 15-я и 19-я латвийские добровольческие дивизии СС обороняли рубеж Новый Путь — Пушкинские горы вдоль р. Великой. Как свидетельствуют оперативные сводки, эсэсовцы вновь оказывали ожесточённое сопротивление войскам 3-го Прибалтийского фронта. В апреле 15-я латвийская добровольческая дивизия СС отошла к Опочке, где участвовала в боях за Иванцово, Бабкино и Сорокино. В мае-июне дивизия действовала на невельском направлении. 19-я латвийская добровольческая дивизия СС была оттеснена к озёрам Бардово и Кудевер. Её полки участвовали в обороне шоссе Опочка, Новоржев.

В июне 1944 г. наименование «добровольческая» дивизия было заменено на «Waffen». Соответственно, полное наименование, например, 15-й дивизии звучало теперь так: 15-я ваффен-гренадёрская дивизия СС (латышская дивизия № 1) (нем. 15 Waffen-Grenadier-Division der SS (lettische Nr. 1)). Такое переименование было связано с тем, что всё более ясный исход войны не способствовал набору добровольцев.

В итоге латвийские соединения и части СС стали добровольческими только по названию. Среди мобилизованных в легион, как отмечалось в спецсообщении 4-го управления НКГБ СССР, имело место низкое морально-психологическое состояние новобранцев (приложение 1).

22 июня 1944 г. Красная Армия начала операцию «Багратион». Части 15-й латвийской добровольческой дивизии СС были атакованы частями 2-го Прибалтийского фронта. Вначале они оказали упорное сопротивление, но к середине июля дивизия понесла громадные потери и была деморализована. Так, из-за ошибки командования был почти полностью уничтожен 32-й полк, из оставшихся в строю после боя у Острова уцелело только 12 человек. Другие полки тоже понесли большие потери и насчитывали в своём составе около 200 человек каждый. Огромные масштабы приобрело дезертирство. В результате в течение нескольких дней латвийские дивизии расползлись по швам. Пытаясь остановить развал, германское командование подчинило их в тактическом отношении командирам двух немецких пехотных дивизий и приняло самые жёсткие меры против дезертиров.

23 июля 1944 г. высший руководитель СС и полиции обергруппенфюрер СС Ф. Еккельн распорядился об обязательном призыве латвийской молодежи в возрасте 18–19 лет. Кадровые офицеры и офицеры резерва некогда вооружённых сил Латвийской Республики также подлежали мобилизации. Они прибывали на сборный пункт для командиров СС, развёрнутый в Лиепае, для прохождения ускоренного курса переподготовки.

Ошибочными были признаны хорошее оснащение латвийских дивизий различным вооружением, брошенным ими в ходе отступления, и их использование для зашиты территории Латвии, что создавало благоприятные условия для дезертирства. Командование группы армий «Север» было вынуждено признать, что из-за плохого морально-психологического состояния латвийских солдат и слабости офицерского состава оно больше не может рассчитывать на использование дивизий для активных операций.

В августе 1944 г. германское командование разоружило 15-ю ваффен-гренадёрскую дивизию СС и отвело её на восстановление в г. Кемнитц (Восточная Пруссия), куда прибыли также три батальона 1-го полицейского полка «Рига» и остатки 2-го полицейского полка «Курземе». К октябрю 1944 г. в состав дивизии входили 32-й, 33-й, 34-й гренадёрские полки СС, 15-й артиллерийский полк СС, 15-й фузилёрный батальон СС, зенитное, противотанковое подразделения и подразделение связи СС.

19-я ваффен-гренадёрская дивизия СС была сведена в три боевые группы, в состав которых было передано пополнение из 15-й дивизии. Понеся большие потери под Цесвайне и Нитауре, вместе с другими немецкими частями они отступили на территорию Курляндии. Борьба за советскую Прибалтику носила ожесточённый характер. Советские войска нанесли крупное поражение противнику, были разгромлены 26 дивизий группы армий «Север» и 3 дивизии уничтожены полностью. Оставшиеся соединения заблокированы в Курляндии, в районе Мемеля и отрезаны с суши от Восточной Пруссии. Победа Красной Армии имела огромное военно-политическое и стратегическое значение. В результате успешного завершения наступательных операций от оккупации была очищена почти вся территория Прибалтики.

В марте 1945 г. в 19-ю ваффен-гренадёрскую дивизию СС морем в Курляндский котёл были переданы примерно 4 тыс. солдат и офицеров из 15-й ваффен-гренадёрской дивизии СС и личный состав расформированных частей, и к маю её численность достигла 16 тыс. человек. Лишь небольшая часть из них (менее 1,5 тыс.) попала в плен при Лиелблидене и Успесмызы после капитуляции Курляндской группировки. Так как они считались советскими гражданами, они были лишены статуса военнопленных. После отбытия срока заключения многие из бывших военнослужащих дивизии вернулись на родину. Остальные рассеялись по лесам, примкнув к националистическим «лесным братьям», возникшим с приходом в Латвию Красной Армии, или бежали морем в Швецию, откуда впоследствии многие были выданы СССР. Примерно к 1952 г., после нескольких крупномасштабных операций МГБ СССР, организованное движение «лесных братьев» было разгромлено. В лесах остались только мелкие группы.

Некоторое время 15-я ваффен-гренадёрская дивизия СС, численность которой в результате восстановления была доведена до 19 тыс. человек (не считая 1-го, 2-го и 3-го учебно-запасных полков), использовалась на фортификационных работах, а в конце января 1945 г. была брошена на фронт. В ходе боёв в Восточной Пруссии и Померании она вновь потеряла больше половины своего состава и была отведена в тыл. Это позволило многим латышам после окончания войны избежать советского плена и сдаться англо-американским войскам. Только 1-й латышский батальон участвовал в последних боях за Берлин.

Латвийские легионеры участвовали и в карательных операциях

Латвийские легионеры не только участвовали в боях с Красной Армией на стороне нацистской Германии, но и использовались германским командованием для проведения массовых расстрелов советских граждан, осуществления карательных операций против советских партизан, несения охранной службы в гетто и концентрационных лагерях. Так, в 1943 г. части дивизий участвовали в карательных операциях против советских партизан в районе городов Невель, Опочка и Псков. Тогда, в 3 км от Пскова латвийскими эсэсовцами было расстреляно 560 человек.

По данным российских архивов, против советских партизан, мирных граждан, военнопленных Красной Армии действовало 27 латвийских полицейских батальонов. Только с декабря 1941-го по август 1942 г. в гетто под Ригой ими были уничтожены около 27 тыс. человек. Общее число жертв расстрелов в Бикерниекском лесу составило 45,5 тыс. человек, в местечке Талси и на станции Царникава – 10 тыс. человек. В Румбульском лесу руками карателей-латышей были уничтожены около 38 тыс. человек.

Латвийские карательные отряды действовали не только в Латвии. Так, в 1942 г. легионерами 2-й латвийской добровольческой бригады СС были сожжены деревня Федоровка и село Осино Чудского района Новгородской области. Кроме того, личным составом бригады проводились массовые поджоги и расстрелы в населенных пунктах Лубницы, Осец, Кречно в 60 км северо-западнее Новгорода, а также в лагере для военнопленных в Красном Селе под Ленинградом.

В массовых расстрелах и поджогах участвовал личный состав 19-й ваффен-гренадёрской дивизии СС, которым с 18 декабря 1943 г. по 2 апреля 1944 г. было уничтожено 23 деревни и расстреляны более 1300 человек. Солдаты этой дивизии изощрённо издевались над военнопленными советскими солдатами и офицерами (приложение 2).

В составе латвийского легиона была печально известная «команда Арайса», «отличившаяся» в Рижском гетто нечеловеческими зверствами. Лишь один эпизод из «геройства» легионеров 276-го, 277-го, 279-го, 280-го и 281-го полицейских батальонов в Белоруссии. 16 марта 1943 г. генерал В. Бремер докладывал о результатах операции «Зимнее волшебство»: расстреляно 3629 человек, выслано на работы 6370 человек, сожжено 156 деревень, 3891 жилой дом, 102 школы, 2 церкви, 2 костела. Захвачено 2250 голов крупного скота, 158 свиней, 2490 овец...

И ещё один пример. 31 января 1945 г. у деревни Подгае подразделения 15-й ваффен-гренадёрской дивизии СС окружили 4-ю роту, где командиром был подпоручик А. Софка, 3-го полка 1-й пехотной дивизии имени Т. Костюшко Войска Польского. Польские солдаты сутки отражали атаки озверевших легионеров, а когда кончились патроны и медикаменты, сдались в плен. Латышские эсэсовцы раненых в плен не брали, убивая их на месте. Затем связали 32 пленных поляка колючей проволокой, облили бензином и сожгли живьём в закрытом овине. При этом, по свидетельству очевидцев, эсэсовцы во время акции пели и плясали вокруг овина. В 2002 г. на месте трагедии был установлен памятник. И этот страшный список можно продолжить.

Сегодня в Латвии некоторые историки пытаются опротестовать свидетельства, доказывающие, что латыши из соединений СС совершали военные преступления даже в ходе боевых действий. Они не видят связи между латвийским легионом и различными полицейскими батальонами, солдаты которых совершали преступления якобы до вхождения в состав соединений СС. Более того, многие политики правого толка утверждают, что не все легионеры были преступниками. Да кого это интересует? Если ты дал присягу Гитлеру и вступил в подразделение, где несут службу отъявленные головорезы и грабители, чем ты лучше своих товарищей? И кто будет разбираться потом, издевался ты над военнопленными, стрелял ты в евреев, женщин и детей, или только патроны подносил?

Наверное, в самый раз задать вопрос президенту Латвии А. Берзиньшу – а за что «перед легионерами нужно склонить головы?» За тот грандиозный погром в Белоруссии? За убитых евреев, женщин и детей в Латвии, Белоруссии, Псковской и Новгородской областях России? За открытый грабёж и угон в рабство тысяч мирных жителей Советского Союза?

Приложение 1

Спецсообщение НКГБ СССР о формировании латвийского легиона СС

23 июля 1943 г.

В конце февраля с.г. немцы приступили к формированию на территории Латвии так называемого латвийского легиона СС. Формально было объявлено, что легион создается на добровольных началах, фактически же формирование легиона производилось в порядке принудительной мобилизации мужского населения определенных возрастов.

В конце февраля — начале марта 1943 г. мужчины 1919–1924 гг. рождения получили по месту жительства повестки с извещением явиться в участковые отделения полиции, где они обязаны были заполнить учетные карточки и после этого пройти медицинскую комиссию.

От призыва в легион освобождались занятые на заводах, выполняющих заказы немецкой армии, и работающие в военизированных учреждениях (полиция). Мобилизованные по собственному выбору зачислялись или в латышский легион, или в части по обслуживанию германской армии, или же направлялись на строительство оборонительных сооружений. Преимущество легиона в материальном обеспечении по сравнению с частями, обслуживающими немецкую армию, и оборонными работами привело к тому, что большинство мобилизованных изъявили желание пойти в легион. Формирование первых частей легиона проводилось до середины марта. К этому времени был сформирован один полк, командиром которого назначен полковник Апситис.

28 марта с.г. в Риге легионеры принимали присягу. Каждый легионер давал следующее обещание: «Именем бога я торжественно обещаю в борьбе против большевиков неограниченное послушание главнокомандующему вооруженными силами Германии Адольфу Гитлеру, и за это обещание я, как храбрый воин, всегда готов отдать свою жизнь».

В газете «Кауэнер Цейтунг» от 23 марта 1943 г. было опубликовано следующее сообщение: «По указу Гитлера 27 февраля началось формирование латвийского легиона как замкнутого боевого соединения в рядах войск СС. Формирование в основном закончено. На пост командующего легионом назначен генерал Бангерский с одновременным присвоением ему чина генерал-майора и бригаденфюрера. Генерал Бангерский, а также его начальник штаба, произведенный в штандартенфюреры легиона, полковник Силгайлис принесли торжественную присягу».

О Бангерском и Силгайлисе известно следующее: Бангерский Рудольф Карлович, бывший командующий латгальской дивизией латвийской армии. Родился в 1878 г. Учился в Петербургском юнкерском училище и военной академии. Участвовал в русско-японской войне и в Первой мировой войне. Во время Гражданской войны принимал активное участие в формировании белой армии, затем служил у Колчака, где командовал дивизией, корпусом и армейской группировкой. В 1921 г. вернулся в Латвию.

В 1924–1925 гг. был военным министром Латвии в кабинете Ульманиса. В 1926–1927 гг. военным министром в кабинете Скуенека, а также занимал другие высшие командные должности в латвийской армии. В 1937 году вышел в отставку и был назначен председателем правления акционерного общества по производству кирпича «Кегелис». После установления Советской власти работал старшим инспектором треста кирпичной промышленности в Риге.

Силгайлис Артур Залилович, 1895 г. рождения, уроженец волости Пенкулес Елгавского уезда Латвийской ССР. В 1919 г. служил в армии Юденича в чине штабс-капитана и в отрядах князя Ливена. С установлением Советской власти в Латвии из армии был уволен. Являлся одним из руководителей офицерской контрреволюционной организации. В феврале 1941 года репатриировался в Германию.

После мобилизации мужского населения 1919–1924 гг. рождения в апреле месяце с.г. в Латвии была проведена регистрация еще семи возрастов — с 1912 по 1918 г. рождения, подлежащих также мобилизации в латышский легион. 16 мая с.г. получены данные, что в Латвии проводится мобилизация, начиная от 1899 г. рождения, причем в легион зачисляются все бойцы добровольческих отрядов по борьбе с партизанами. Пункты по формированию легиона организованы в большинстве уездных городов Латвии.

По имеющимся агентурным данным, настроение мобилизованных неустойчивое. Отмечены факты уклонения от мобилизации и дезертирства из легиона. Многие скрываются в лесах.

В г. Зилупе мобилизованные пели советские песни, в г. Лудзе произошло столкновение мобилизованных с полицией. Из 500 человек, мобилизованных в четырех латгальских уездах, еще до отправки к месту формирования сбежали 100 человек. Есть сведения, что в первой половине апреля с.г. в Риге произошло вооруженное столкновение легионеров с немцами. (Данные уточняются.)

По агентурным данным, полученным в последнее время, в Латвии якобы сформировано девять латышских полков, которые отправляются на Ленинградский фронт и концентрируются в районе Красногвардейска. Высший командный состав латышского легиона состоит преимущественно из немецких офицеров, средние командные должности в легионе занимают бывшие офицеры латвийской армии. Легион построен по принципу немецкой армии, обмундирование частично бывшей латвийской армии, частично войск СС. Вооружены легионеры немецким, чешским и румынским оружием.


Приложение 2

Спецсообщение начальника Управления контрразведки «СМЕРШ»
2-го Прибалтийского фронта от 18 августа 1944 года
«Об издевательствах немцев и их пособников из латышских частей над советскими военнопленными»

В ночь на 6 августа с.г. 65-й гвардейский стрелковый полк 22-й гвардейской стрелковой дивизии в районе деревни Бобрыни (Латвийская ССР) производил наступательную операцию. Немцы и латыши из дивизии СС обошли боевые порядки гвардейцев, напали на них с тыла и отрезали небольшую группу советских солдат и офицеров от своих подразделений. Во время боя было ранено 43 бойца и командира, которые ввиду тяжелой обстановки не могли быть эвакуированы. Захватив пленных, немецкие мерзавцы устроили над ними кровавую расправу. Рядовому Караулову Н.К., младшему сержанту Корсакову Я.П. и гвардии лейтенанту Богданову Е.Р. немцы и предатели из латышских частей СС выкололи глаза и нанесли многие ножевые ранения. Гвардии лейтенантам Кагановичу и Космину они вырезали на лбу звезды, выкрутили ноги и выбили сапогами зубы. Санинструктору Сухановой А.А. и другим трём санитаркам вырезали груди, выкрутили ноги, руки и нанесли множество ножевых ранений. Зверски замучены рядовые Егоров Ф.Е., Сатыбатынов, Антоненко А.Н., Плотников П. и старшина Афанасьев. Никто из раненых, захваченных немцами и фашистами из латышей, не избег пыток и мучительных издевательств. По имеющимся данным, зверская расправа над ранеными советскими бойцами и офицерами была произведена солдатами и офицерами одного из батальонов 43-го стрелкового полка 19-й латышской дивизии СС.

Материал подготовлен Научно-исследовательским институтом (военной истории) Военной академии Генерального штаба ВС РФ
(Виктор Изонов, доктор исторических наук, профессор)

Наверх
ServerCode=node1 isCompatibilityMode=false