Карта сайта RSS Facebook Twitter Youtube Instagram
Главная  < Сведения

Выступление начальника Генерального штаба Вооруженных Сил Российской Федерации на тему: «Военные опасности и военные угрозы Российской Федерации в современных условиях»

        Уважаемые дамы и господа!             

                                            

Нельзя не признать, что за прошедший год обстановка в мире претерпела значительные изменения, которые носят далеко не позитивный характер.

Стремительно нарастает и уже начинает принимать глобальный масштаб угроза терроризма в регионах Африки, Ближнего Востока и Центральной Азии.

Как ни парадоксально это звучит, но теперь и цивилизованная Европа стала еще одним очагом нестабильности вследствие разразившегося украинского кризиса.

Принципиальная и независимая позиция Российской Федерации по урегулированию ситуации на Украине была воспринята США, их союзниками по НАТО и Евросоюзом как проявление нашим государством «недозволенной» самостоятельности в отстаивании национальных интересов. Стремясь «поставить Россию на место», страны Запада оказывают политическое и экономическое давление на нашу страну. Наращивается военный потенциал Организации Североатлантического договора, нарастает напряженность, как в Европе, так и в мире в целом.

В этой связи все чаще многие политики и эксперты утверждают – произошло внезапное, стремительное разрушение мирового порядка.

Действительно, мы являемся свидетелями того, что выстроенные на протяжении многих лет механизмы глобальной и региональной безопасности сегодня просто перестают работать.

В то же время нельзя согласиться с тем, что все это случилось неожиданно. Существующие системные проблемы международной безопасности зародились не год и не два назад, а еще в начале 90-х годов прошлого столетия с разрушением созданной по итогам Второй мировой войны биполярной системы мироустройства вследствие распада СССР.

Посчитав себя «победителями» в «холодной войне» США решили перекроить мир исключительно под себя. Стремясь к абсолютному доминированию, Вашингтон перестал в своей политике учитывать интересы других государств и сделал для себя необязательным соблюдение норм международного права. Американское руководство, не особо беспокоясь о последствиях, теперь само решает, какое государство является «демократическим», а какое – «империей зла», кто – борцы за свободу, а кто – террористы и сепаратисты.

Российская Федерация постоянно обращает внимание мирового сообщества на проблемы прогрессирующего распада созданной в двадцатом веке конструкции региональной и глобальной безопасности. При этом мы всегда высказываемся за их решение в рамках международного правового поля, на основе взаимного уважения интересов друг друга и разделения ответственности в равной степени.

Такую позицию Россия занимает и сейчас. Об этом говорит содержание Военной доктрины Российской Федерации, в которой изложены официальные взгляды нашего государства на обеспечение своей военной безопасности и обороны.

В декабре 2014 года вступила в действие новая редакция данного документа. В ней нашли отражение наиболее значительные изменения военно-политической обстановки в мире, условий развития России, произошедшие за последнее время.

Однако уточнения Военной доктрины Российской Федерации не затронули подходы нашего государства к оценкам происходящих в мире процессов и направленность российской военной политики.

Как и ранее, мы продолжаем поднимать вопрос о том, что существующая архитектура международной безопасности ввиду игнорирования отдельными странами общепризнанных норм и правил не обеспечивает равной безопасности всех государств.

По-прежнему, наряду с готовностью обеспечить защиту национальных интересов и интересов своих союзников, вплоть до применения военной силы, Россия декларирует приверженность приоритетам соблюдения международных правовых норм и конструктивного сотрудничества.

Последовательность российской военной политики также проявляется и в оценке военных опасностей и угроз Российской Федерации.

В первую очередь хочу обратить внимание на опасность расширения блока НАТО и приближения его военной инфраструктуры к нашим границам.

Нас постоянно стараются убедить в том, что развитие Североатлантического альянса осуществляется исключительно в оборонительных целях и не направлено против России.

Вместе с тем общеизвестные факты говорят об обратном.

Как вы видите, с 1999 года число членов блока возросло
на 12 стран, в то время как за весь период «холодной войны» их количество увеличилось только на 4.

Характерно, что новые члены альянса – почти все бывшие участники Варшавского договора и постсоветские республики. Иначе говоря, с 90-х годов расширение НАТО происходит строго на Восток, в сторону российских границ.

Несмотря на некоторое замедление, процесс включения в блок новых членов не прекращается. В качестве наиболее вероятных претендентов на вступление в НАТО в ближайшей перспективе рассматриваются Черногория, Македония, Босния и Герцеговина. Кроме того, в альянсе продолжают заявлять о перспективах евроатлантической интеграции Грузии и Украины.

При этом в ходе принятия решения о присоединении стран к альянсу открыто демонстрируется доминирование политических аргументов над требованиями к ним как к членам блока. И хотя экономические и военные возможности далеко не всех «младонатовцев» и кандидатов на вступление в альянс соответствуют критериям членства в этой организации, их присоединение к блоку рассматривается как средство создания «единой и разделяющей общие ценности Европы».

Но, даже не учитывая политический аспект действий руководства НАТО и оценивая ситуацию только со стратегической точки зрения, невозможно не заметить негативного влияния складывающейся обстановки на военную безопасность России.

Численность объединенных вооруженных сил НАТО составляет 1,7 млн. человек, а общая численность регулярных вооруженных сил стран альянса превысила 3,7 млн. человек.

Необходимо добавить, что наряду с расширением состава членов блока, руководство альянса большое значение придает вовлечению в деятельность организации внеблоковых стран.

Реализуемая в настоящее время инициатива «Развитие оперативной совместимости с партнерами» предусматривает создание привилегированного формата сотрудничества с наиболее «значимыми» для блока государствами. К числу таких государств отнесены 24 страны, в том числе и некоторые постсоветские республики – Грузия, Молдавия, Украина.

В рамках данной инициативы предполагается содействие в укреплении силовых структур, совместное проведение мероприятий оперативной и боевой подготовки, использование промышленного потенциала государств-партнеров для производства отдельных образцов продукции военного назначения.

Еще одним проектом по привлечению внеблоковых государств к сотрудничеству с альянсом является «Привилегированное партнерство». В числе таких партнеров рассматриваются соседние с Россией Грузия и Финляндия, а также Швеция.

В рамках данного проекта достигнута договоренность об использовании финской и шведской инфраструктуры для обеспечения перебросок войск (сил) НАТО на север Европы.

Отдельно необходимо добавить, что на фоне активизации внеблокового сотрудничества НАТО становятся заметными попытки альянса распространить свое влияние на Центральную Азию и Закавказье.

Более того, используя в качестве предлога кризис на Украине, НАТО значительно активизировала свою деятельность.

При этом руководством блока не скрывается явно антироссийская направленность предпринимаемых мер. Обвинение России в «агрессивной политике на постсоветском пространстве» и выдвижение тезиса «о необходимости ее сдерживания» сегодня стали основной движущей силой развития Организации Северо-Атлантического договора.

Подтверждением этому являются решения, принятые на состоявшейся в сентябре 2014 года в Великобритании сессии Совета НАТО на уровне глав государств и правительств стран – членов блока.

Помимо договоренностей об увеличении членами альянса оборонных расходов и урегулировании ситуации в Афганистане принят перечень мер по повышению военных возможностей блока, расширению состава организации и усилению санкционного давления на Российскую Федерацию.

Резкое изменение отношения НАТО к России проявляется в активизации военной деятельности блока вблизи наших границ.

На слайде показана ежегодная статистика военной активности НАТО вблизи территории России.

Если до 2013 года наблюдалась относительно стабильная (повторяющаяся из года в год) деятельность блока, то, начиная с 2014 года, происходит резкий скачок количества проводимых альянсом мероприятий в сторону их увеличения.

Так, по сравнению с 2013 годом число заходов кораблей нечерноморских государств НАТО в акваторию Черного моря возросло в четыре раза, интенсивность полетов вдоль российских границ тактической и разведывательной авиации увеличилась в два раза, а самолетов дальнего радиолокационного обнаружения – в девять раз.

Над акваторией Черного моря осуществляются регулярные полеты разведывательных беспилотных летательных аппаратов «Глобал Хок», а в Балтийском море несут службу разведывательные корабли ВМС ФРГ и Польши на постоянной основе.

Количество учений, проводимых блоком, за прошлый год увеличилось практически в 1,8 раза.

При этом наблюдается изменение направленности учебно-боевой деятельности ОВС НАТО.

Если в предыдущие годы в ходе учений отрабатывались в основном вопросы кризисного урегулирования и противодействия терроризму, то сегодня приоритет отдается решению задач в ходе военных действий с условным противником, в котором легко угадывается Российская Федерация.

Следует отметить, что повышение военной активности НАТО приобретает планомерный характер.

Как известно на уэльском саммите 2014 года одобрен План действий НАТО по повышению готовности к реагированию.

Документом предусмотрено усиление военного присутствия альянса в государствах Восточной Европы и Прибалтики.
В частности, предполагается в структуре сил первоочередного задействования НАТО создать силы немедленного реагирования численностью до 5 тыс. человек.

План также включает мероприятия по переводу германо-датско-польского армейского корпуса быстрого реагирования в категорию сил высокой готовности.

Предусматривается обеспечивать устойчивое ограниченное присутствие войск НАТО в Восточной Европе на ротационной основе. По мнению руководства блока, это позволит подготовить значительное количество военнослужащих альянса, в первую очередь американских, к действиям «на российском направлении».

Для повышения возможностей НАТО по оперативным перегруппировкам войск (сил) на территориях восточно-европейских и прибалтийских членов альянса планируется развитие инфраструктуры, наращивание запасов вооружения, военной техники и материальных средств.

Очевидно, что предпринимаемые НАТО меры по укреплению блока и повышению своих военных возможностей носят далеко не оборонительный характер.

Еще одной значимой военной опасностью Российской Федерации являются нарастающие проблемы сохранения стратегической стабильности в мире.

В этой связи развертывание американской глобальной системы ПРО расценивается нами как очередной шаг США и их союзников по демонтажу сложившейся системы международной безопасности в своем стремлении к мировому доминированию.

Декларируя необходимость защиты территории США и их союзников в Европе и Азии от ударов баллистических ракет Ирана и Северной Кореи, американцы в 2002 году в одностороннем порядке вышли из Договора по ПРО 1972 года.

Сняв таким образом ограничения по масштабу прикрываемой от баллистических ракет территории и количеству противоракетных средств, Пентагон в 2010 году приступил к развертыванию глобальной системы ПРО. С 2013 года в этот процесс включились европейские члены НАТО.

За прошедшие четыре года комплексы ПРО появились вблизи наших западных, восточных и южных границ. Корабли, оснащенные комплексами ПРО «Иджис», выполняют задачи в акваториях Средиземного и Черного морей. Осуществляется размещение наземных комплексов ПРО «Иджис-Эшор» в Румынии и Польше. Создаются группировки противоракетных средств США в Азиатско-Тихоокеанском регионе при участии Японии и Южной Кореи.

Развернутые в Европе, Азиатско-Тихоокеанском регионе, а также на американском континенте комплексы ПРО, по сути, представляют собой эшелонированную систему перехвата на начальном, среднем и конечном участках полета баллистических ракет наземного и морского базирования.

Несмотря на заверения американской стороны в отсутствии «антироссийских намерений» в проекте глобальной ПРО, становится явным, что продолжение реализации противоракетных планов США и НАТО создает реальную угрозу для российских стратегических ядерных сил.

Кроме того, следует отметить, что комплексы ПРО «Иджис» имеют значительный противоспутниковый потенциал, создающий угрозу функционирования российской орбитальной группировки космических аппаратов.

Помимо «нероссийской направленности» сомнительной представляется и «коллективность» глобальной ПРО. Как известно, американцы оставляют исключительно за собой право управления данной системой, в том числе и ее региональными сегментами. Очевидно, что окончательное решение, кого из членов НАТО защитить от ракетных угроз, Вашингтон будет принимать единолично.

Но не только в этом проявляется пренебрежение США интересами своих союзников при реализации противоракетных планов. Все прекрасно понимают, что для компенсации антироссийского потенциала глобальной ПРО Россия вынуждена предпринять соответствующие военно-технические меры. В итоге «неядерные» государства, на территории которых размещаются противоракетные средства, становятся объектами первоочередных ответных действий.

Более того, развертывание противоракетных средств сопровождается нарушением со стороны США положений одного из важнейших договоров, обеспечивающих стратегическую стабильность в Европе – Договора о ракетах средней и меньшей дальности. Речь идет об использовании в размещаемых на территориях Румынии и Польши наземных комплексах ПРО «Иджис-Эшор» универсальных установок вертикального пуска МК-41, позволяющих, кроме противоракет «Стандарт-3»,  применять и крылатые ракеты типа «Томахок».

Учитывая, что корабли противоракетной обороны ВМС США оснащаются аналогичными пусковыми установками, в зону поражения крылатых ракет наземного и морского базирования попадает вся европейская часть Российской Федерации.

Наряду с созданием и развертыванием систем стратегической ПРО опасения вызывает реализация Соединенными Штатами концепции «глобального удара».

Общеизвестно, что в рамках этой концепции разрабатываются неядерные высокоточные ударные средства глобальной досягаемости.

Несмотря на значительные финансовые затраты и технические сложности работы в этой области не прекращаются. Поэтому нельзя исключать, что неядерные средства «глобального удара» станут реальностью уже в обозримом будущем.

В совокупности с реализацией планов по развитию ПРО это может создать угрозу нарушения стратегического ядерного баланса, который до сих пор является гарантом мировой стабильности.

Все это формирует веские причины для принятия Российской Федерацией адекватных ответных мер.

Помимо проблем, связанных с угрозами нарушения стратегического баланса сил, появляется опасность возникновения новых очагов нестабильности у российских границ. И основания для этого имеются.

В стремлении «поставить Россию на колени» все более явной становится заинтересованность Вашингтона и его партнеров по НАТО в создании кризисных ситуаций в приграничных с Российской Федерацией регионах.

О том, как формируется такая обстановка, мы много говорили на предыдущей конференции. Я имею в виду «цветные революции».

Технология этих революций уже стала стандартной – манипуляция извне протестным потенциалом населения с использованием информационного пространства в сочетании с политическими, экономическими, гуманитарными и другими невоенными мерами.

Как известно, сценарии государственных переворотов в форме «цветных революций» на постсоветском пространстве были успешно реализованы на Украине, в Грузии и Молдавии. В результате к власти приводились силы, имеющие в основном прозападную и антироссийскую ориентацию.

Так, пришедшие путем государственного переворота к власти на Украине радикалы и русофобы в феврале 2014 года узаконили в стране деятельность неофашистских и националистических организаций. Основным содержанием государственной украинской политики стало обвинение во всех собственных проблемах России и притеснение русскоязычного населения.

Новые украинские руководители пытаются с применением военной силы усмирить населяющих Донбасс граждан Украины, выразивших недоверие нелегитимной власти и не согласных с проводимой в государстве русофобской политикой.

По сути, на Украине идет гражданская война, жертвами которой уже стали тысячи человек.

Сложно предсказать, чем все это закончится. Мы не знаем, какие указания получают новые украинские власти от западных «кураторов» и куда может быть направлена агрессия Киева в дальнейшем.

Но в любом случае такая неопределенность не исключает военную опасность для России.

В подтверждение этому достаточно вспомнить нападение в 2008 году грузинских вооруженных сил на российских миротворцев в Южной Осетии по приказу президента Грузии Саакашвили, пришедшего к власти при поддержке США в итоге очередной «цветной революции». Кстати, он сейчас является советником украинского президента Порошенко.

Затрагивая вопрос об опасностях Российской Федерации, связанных с дестабилизацией обстановки вблизи российских границ, нельзя обойти вниманием и так называемые «замороженные» конфликты на постсоветском пространстве.

После распада СССР на протяжении уже более двадцати лет окончательно не урегулированы отношения Молдавии с непризнанной Приднестровской Молдавской Республикой, Грузии с Республиками Абхазия и Южная Осетия, Армении и Азербайджана по вопросу о статусе Нагорно-Карабахской автономии.

На фоне обострения отношений Российской Федерации с США и Европой возрастает вероятность «размораживания» этих конфликтов, что грозит возникновением вооруженных столкновений вблизи границ нашего государства.

Власти Грузии сегодня заявляют об отсутствии намерений возвратить территории Абхазии и Южной Осетии силой в состав своего государства. Однако признание этих республик Россией и налаживание с ними межгосударственных отношений воспринимается официальным Тбилиси как попытка нашей страны аннексировать часть грузинской территории.

В последнее время Кишинев при поддержке «новой» Украины все чаще настаивает на необходимости вывода из Приднестровья российских миротворческих сил и не прекращает экономическую блокаду этой непризнанной республики.

Все это способствует росту напряженности в данных регионах и предполагает принятие с нашей стороны соответствующих мер.

Продолжая тему современных военных опасностей и угроз Российской Федерации нельзя не затронуть проблему глобального терроризма.

В первую очередь тревогу вызывают масштабы и темпы роста этой угрозы.

Если в 60-70 годах прошлого столетия во всем мире численность членов различных экстремистских организаций составляла, по разным оценкам, около двух тысяч человек,
то в 90-е годы эта цифра возросла до 50 тысяч, а на сегодняшний день достигла более 150 тысяч.

Развиваются и организационные формы терроризма. Террористы-одиночки и боевые группы остаются в прошлом. Сегодня это разветвленные транснациональные сети и даже организации с признаками государства. К примеру, можно судить, «Исламское государство Ирака и Леванта», которое возникло на территориях Ливии, Сирии, Ирака и Афганистана.

На почве распространения идей радикального ислама постоянно растет число боевиков ИГИЛ, среди которых представители многих стран, в том числе граждане США, европейских государств. Есть в их рядах и лица с российским гражданством.

Не стоит объяснять, что получив идеологическую подготовку и боевой опыт эти люди, возвращаясь на родину, распространяют террористическую угрозу практически по всему миру.

Попытки, предпринимаемые международной коалицией по борьбе с ИГИЛ во главе с США по уничтожению баз этой организации путем нанесения авиаударов, не приносят ощутимых результатов. Потенциала союзных коалиции формирований курдов и иракских силовых структур недостаточно для решения данной задачи.

В этой связи Вашингтоном и Брюсселем совместно со спецслужбами ряда арабских государств в очередной раз продвигаются проекты по подготовке новых формирований из числа «умеренных» исламистов.

В то же время в стремлении любой ценой обеспечить свои интересы США и НАТО не задумываются над тем, откуда и как возникают такие «террористические империи».

«Аль-Каида» не появилась сама по себе. Эта организация сформировались из числа моджахедов, воевавших с ограниченным контингентом советских войск в Афганистане на деньги США и их союзников.

Не так давно участники ИГИЛ тоже были «хорошими» боевиками, щедро проплачиваемыми Западом. Но сегодня они вышли из-под контроля и представляют угрозу не только для тех, против кого их наняли, но и для своих бывших «работодателей».

Не задумываются и те государства, которые продают оружие экстремистам, покупают за бесценок у террористов контрабандную нефть, попустительствуют распространению наркотиков. Хотя перспектива того, что все это обернется против них самих, становится все более явной.

Как видите, оценки современных военных опасностей и угроз Российской Федерации вполне объективны и обоснованы.

Современные вызовы безопасности нашего государства не остаются без адекватной реакции. Предпринимаемые в этой связи меры позволяют обеспечить надежную защиту интересов России.

В первую очередь, это планомерная работа по строительству, развитию и подготовке Вооруженных Сил Российской Федерации.

Стратегические ядерные силы поддерживаются на уровне, позволяющем гарантированно решать задачи ядерного сдерживания. На вооружение поступают современные ракетные комплексы, способные эффективно преодолевать глубокоэшелонированную ПРО. Обновляется парк стратегических бомбардировщиков-ракетоносцев. Вводятся в строй новейшие подводные ракетные крейсеры.

Продолжает совершенствоваться воздушно-космическая оборона Российской Федерации.

Для защиты целостности и неприкосновенности территории Российской Федерации развернута самодостаточная группировка войск в Крыму.

В рамках долгосрочных соглашений с Абхазией, Арменией, Киргизией, Таджикистаном и Южной Осетией наращивается потенциал размещенных на их территориях российских военных баз. Он является гарантом безопасности и стратегической стабильности в этих регионах.

Реализуются планы перевооружения войск (сил) на современные и перспективные образцы вооружения и военной техники, совершенствуется их боевая выучка.

Результаты учений и внезапных проверок показывают, что наши Вооруженные Силы способны выполнить поставленные перед ними задачи в любое время, в любых условиях обстановки.

В то же время мы прекрасно понимаем, что большинство современных проблем военной безопасности Российской Федерации касаются не только нашего государства. Они носят многосторонний характер, приобретают региональный и даже глобальный масштаб, и их решение не может зависеть только от усилий нашей страны.

Очевидно, что безопасность России невозможно рассматривать вне проблем мировой безопасности.

Поэтому требуется не просто готовность к диалогу по этой проблематике, а осознание всеми сторонами международных отношений равной ответственности за происходящее в мире и целенаправленная совместная деятельность по совершенствованию системы международной безопасности.

Только конструктивное равноправное сотрудничество в этой области может гарантированно обеспечить безопасность всех государств.

И мы к такому сотрудничеству готовы.

К сожалению, в течение последних лет постоянно приходится признавать, что мир не становится безопасней.

Хотелось бы надеяться на то, что нашими совместными усилиями эта негативная тенденция все же будет преодолена.

Благодарю за внимание!

ServerCode=node2 isCompatibilityMode=false